Дом на берегу океана

А вот из фразы «я пришел помочь вам» нашлось только последнее слово. Так что, плюнув на попытки объясниться словами, я просто протянул пареньку конфету. Он неуверенно подошел, взял ее, но что с ней делать дальше, не понимал. Пришлось достать другую и съесть у него на глазах.

Физиономия паренька выразила понимание, он развернул свой подарок, понюхал, лизнул…

На его лице проступило столь явно голодное выражение, что я побоялся: не подавился бы он этой «Белочкой». Но молодой человек вдруг сделал над собой героическое усилие и протянул конфету соседке.

Вот это да, подумал я, запуская руку в кулек и доставая оттуда сразу горсть «Белок». Она ему сестра или кто? Хоть так, хоть этак подобные алгоритмы поведения внушают оптимизм.

В общем, скоро вся делегация лопала продукцию кондитерской фабрики имени Бабаева. Пока они занимались этим сверхважным делом, я рассмотрел их повнимательнее.

Вопреки утверждениям википедии, встретившиеся мне полинезийцы почти не имели татуировок. Только самый старый из мужчин мог похвастаться тремя полосками на подбородке и двумя — над бровями, да у того, что чуть помоложе, на лбу имелась спираль и какая-то закорючка на правом плече. Все остальные же явно пренебрегли искусством тату.

Одежда аборигенов представляла собой юбочки из материала, похожего на циновки. У мужчин они были чуть покороче, у женщин — длиннее, но с разрезом сзади. Естественно, ничего похожего на бюстгальтеры не наблюдалось. Но ни малейшего интереса этот факт во мне не вызвал, ибо все лица женского пола были или слишком молоды, или еще хуже: слишком страшны.

После конфет настала очередь попкорна и биг-маков. Но так как их было всего два, одаренными оказались только молодые люди, не испугавшиеся салюта. Это явно не понравилось мужику со спиралью, и он что-то квакнул. Девочка, вздохнув, протянула свой бигмак ему.

А вот подобное надо пресекать в зародыше, подумал я. Если полученные от меня блага кто-то начнет перераспределять по своему усмотрению, добром это не кончится. И, положив руку на рукоять нагана, рявкнул:

— Ты что творишь, с-сука?! Урою! А ну быстро отдал ребенку подарок, козел!

В голове же билась какая-то заполошная мысль — неужели придется стрелять?

Но нет, не пришлось. Услышав мой рык, дикари попадали на четвереньки, а узурпатор при этом тут же вернул девочке ее подарок.

— То-то же, — хмыкнул я и протянул им бутыль с водой. Опять краткое недоумение — как ее оттуда вылить? Но когда я свинтил крышку, начался прямо-таки концерт.

Надо сказать, что одариваемые неплохо справились с выражением запредельного восторга. Особенно отличился только что обруганный носитель спирали. Он подпрыгивал, воздевал руки к небу, падал, вскакивал, громко хлопал себя по животу и вновь падал.