Дом голосов

В этом вселяющем тревогу дежавю ледяной ветер, задувая из проулков, хлестал в лицо: и сейчас тоже, как тогда, собирался дождь.

— Пожалуйста, успокойтесь и попытайтесь внятно все объяснить, — старался он утихомирить коллегу.

— Я должна была сразу вам сказать, но слишком боялась… Потом вы попросили прислать запись первого сеанса с Ханной, и тогда я поняла, что совершила ошибку.

Джербер по-прежнему оставался в недоумении.

— Вы специально не прислали мне тот файл? Это вы пытаетесь мне сказать?

— Да, — призналась Уолкер. — Но я это сделала из добрых побуждений, поверьте… Когда вы его прослушаете, сразу перезвоните мне: остальное я сообщу на словах.

Что же такого в этой записи? Какую тайну хотела скрыть от него Уолкер? А главное, почему это стало проблемой только сейчас? Нет, здесь что-то другое, почуял Джербер. Что-то очень серьезное. Оставив пока запись в покое, он сосредоточился на этом.

— Хорошо, — согласился он. — Но что вас сейчас так расстроило?

— Мой друг, частный сыщик, закончил собирать данные о нашей пациентке.

Джербер помнил, что Уолкер попросила своего знакомого оказать ей такую услугу, но не ожидал, что обнаружится нечто, внушающее опасение. Как видно, он ошибался.

— В Австралии проживает шесть женщин по имени Ханна Холл, — продолжала психолог. — Но только двоим около тридцати лет… Одна — всемирно известный морской биолог, но я сочла возможным сразу исключить, что она та персона, с которой мы имеем дело.

Джербер с ней согласился.

Тереза Уолкер помолчала, шмыгнула носом: была явно напугана.

— Вторая пару лет назад пыталась среди бела дня похитить новорожденного, забрать его из коляски в городском парке.

Психолог невольно замедлил шаг, пока не остановился совсем.

— Ей это не удалось только потому, что мать подняла крик и обратила ее в бегство.

Пьетро не верил своим ушам.

— Доктор Джербер, вы еще на связи?

— Да… — выдавил из себя психолог: ему было трудно дышать. Сам не зная почему, он был уверен, что на этом история не кончается.

— Через несколько часов полиция добралась до Ханны. Когда агенты вошли в дом, чтобы арестовать ее, они нашли там лопату и маленький деревянный сундучок.

Джербер вдруг почувствовал неодолимую слабость, боялся, что мобильник вот-вот выскользнет у него из руки. Прислонился к стене, согнулся, объятый дрожью, ожидая услышать худшее.

— На суде это не было доказано, но полиция подозревала, что Ханна Холл намеревалась похоронить младенца живым.

День, навсегда перевернувший жизнь Пьетро Джербера, начинался с ясной зари. Летнее небо во Флоренции сияет розовым светом, но, опускаясь на крыши домов, становится янтарным, особенно по утрам.

Закончив обучение, на первые заработки детского психолога Пьетро сразу снял квартирку на улице Каноника.