Дом, где исполняются мечты

 — У него номер недоступен, и у жены его тоже! Может, они уехали куда! Вот где Машка?! Что с ней?! Что она одна в этой Москве делать будет? Да еще ночью!

— Все! Не плачь! — уже принял решение Стрельцов, как всегда быстро и без дальнейших сомнений. — Я ее найду!

— Ты что, в Москву полетишь? — шмыгнув носом, спросила бывшая жена растерянно.

— Нет, бля, в Воркуту! — гаркнул Стрельцов, отключился, не прощаясь, и пошел к водителю, ждавшему его тактично поодаль, не мешая разговаривать.

— Ну что, Иван, концепция поменялась! — сообщил раздосадованный начальник. — Пошли к машине!"

"Вытащив из портфеля несколько папок с документами, Стрельцов открыл чемодан, переложил из него в портфель дорожный несессер, пару сменного белья, легкий пуловер на всякий случай.

— Да что стряслось-то, Игнат Дмитрич? — недоумевал водитель, наблюдая за его действиями.

Иван — мужик правильный, надежный, сто раз перепроверенный службой безопасности, а как вы думали! Ведь большая часть работы Стрельцова и его подчиненных — это конфиденциальная и охраняемая информация, в каком-то смысле стратегическая. Представьте, какими могут быть последствия, если данные научных экспертиз попадут, скажем, к конкурентам или к лоббирующим иные интересы, далеко не миролюбивые. Ну, вот то-то!

Возил Иван Стрельцова уж второй год, и душа в душу, заслужив начальственную уважуху и доверие. А посему и запасную связку ключей от его, начальства то бишь, жилья.

— Ты, Иван, отвези барахло мое домой, а папки сразу в офис, — распорядился Стрельцов, застегивая портфель, — а я в Москву.

— Прямо сейчас? — ошарашенно переспросил водитель. — Это после такого перелета?

— Прямо сейчас, — подтвердил Стрельцов, позволив себе вздох тяжкий, — после такого перелета.

— Ну, смотри, Игнат Дмитрич, как знаешь, — покачал неодобрительно головой водила, захлопывая крышку багажника. — Тебе бы, по-хорошему, отоспаться, отлежаться.

— По-хорошему оно бы конечно, — согласился Игнат, хлопнул Ивана по плечу и зашагал назад в аэропорт.

Ближайшим рейсом он улетел в Москву. Все закаты Стрельцов догнал и перегнал за этот нескончаемый день. Смотрел в слепую темноту за иллюминатором, и все клокотало у него внутри, возмущением беспредельным обжигая шипением мозг!

Его девочка! Господи! Его девочка — вечно растрепанные косички, сбитые коленки, счастливая улыбка, сияющие зеленущие глазенки — фонтан энергии, радости и любви во все стороны!

— Па-по-чка! — орала она, только завидев его, и кидалась на шею обниматься-целоваться и рассказывать, захлебываясь, все-все-все самые важнющие свои девчоночьи дела!

Принцесска!

Так он ее называл в детстве.