Хозяйка лавандовой долины (СИ)

Я снял Тамарис небольшой дом и свёл общение до минимума, выделив ей денежное содержание. Когда родились Августина и Аделина я приходил к дочерям, чтобы удостоверится, что у них всё в порядке и выделяемые мной деньги Тамарис тратит на девочек, а не на свою разгульную жизнь.

Потом она ещё несколько раз пыталась затащить меня в постель, но наученный горьким опытом я больше не брал ни еду, ни питьё из её рук и пригрозил, если не прекратит меня домогаться, забрать дочерей и перестать помогать деньгами.

Элена, я благодарен, что ты приняла моих дочерей как своих. И я никогда не перестану благодарить провидение, за то, что наградил меня такой замечательной женой!

Анри опустился на колени, по очереди поднося мои руки к своим губам, а потом прижал расцелованные ладони к своим щекам.

— Элена, я вспомнил! Вспомнил, как меня убивали! Мой дядя Витольд… он был там! Это он вложил мне в руку тот странный амулет, обещая, что тот защитит меня в бою. Я ведь ему верил… дядя единственный, кто у меня остался из родственников… Как он мог? Я ведь давал ему, всё, что он ни попросит: деньги, лошадей, загородный дом.

По щеке Анри покатилась одинокая слеза.

— Он не хотел просить, он хотел владеть всем сам. Сорель говорил, что это покушение было не единственным, просто тебе везло, тебя защищала магия.

Я наклонилась и поцеловала Анри в лоб. Он уткнулся лицом в мои колени, уже не скрывая своих слёз. Не каждый день узнаёшь, что единственный родной тебе человек пытается тебя убить. Монотонно, раз за разом, пробуя всё новые способы.

Я запустила пальцы в волосы мужа, тихонько поглаживая, успокаивая.

— Тише, тише, всё позади, вместе мы справимся!

Вскоре он затих, а я тихонечко перебирала его локоны, размышляя, как странно устроена наша жизнь. Почему люди, которым отдаёшь всего себя, предают? Что это, зависть? Эгоизм? Или что-то иное, неподвластное разуму? Что толкает их на обман, измену, даже убийство? Мне этого никогда не понять, я слишком ценю жизнь и близких мне людей.

— Это был амулет, блокирующий магический источник. — Анри снова заговорил, его голос был ровным, почти безразличным, он просто пересказывал всё, что вспомнил. — Дядюшка знал, что я один из лучших мастеров по установке защитных щитов. Сам он магией не владеет, ему заменяют её всякие магически артефакты и амулеты. Он собирает их, коллекционирует. Я знал, что в его коллекции были и запрещённые экземпляры, но закрывал на это глаза, считая его увлечения вполне безобидными.

Этот амулет был одним из этих, запрещённых. Он обездвижил меня, блокируя доступ к магическому источнику. Я лежал на спине всё видел и слышал, но не мог пошевелить даже пальцем. Слышал только, как дядюшка произнёс:

— Всё приходится делать самому! Убейте, а тело сбросьте в реку.