Станция Солнечная долина

Я положила у огня рюкзак, и тот быстро задымился - тоже промок насквозь. Ох, чую я, будет у нас каша вместо пирожков на ужин. Быстро освободившись от неприятно липнущей к телу одежды, я собиралась завернуться в простыню, но, к счастью, повела носом… и скривилась.

То ли варежки, то ли какой-то другой предмет одежды в подмокшем виде источал убойный пёсий дух. Я с подозрением покосилась на дубленку, хотя виновником мог оказаться любой элемент, начиная с носков и заканчивая теми же варежками. Нюхнув себя, поняла, что вся пропиталась, так что уже не определить, с какой части тела все началось. Тяжело вздохнув, пробежалась до раковины и экспроприировала кухонное полотенце, висевшее рядом. Душа землянка не предусматривала, а помыться как-то надо.

Покрываясь гусиной кожей, я быстро набрала в одну кастрюльку кипятка, разбавила его водой и залезла с ногами в другую, самую большую из имеющихся. Бабушка говорила, что раньше так летом регулярно приходилось мыться, когда отключали горячую воду. Я сама такую экзотику не застала. К моему рождению во всех домах и квартирах нашего семейства стояли бойлеры, но рассказами старшего поколения прониклась.

Кто бы знал, когда мне это пригодится!

Вода оставалась обжигающей - маловато я разбавила, но так даже лучше. Я с силой тёрла кожу, возвращая ей чувствительность. Особенно пострадали ноги, в промокших носках и обуви задубевшие под ветром почти до обморожения. Не хватало еще гангрену какую подхватить! Съездили, называется, покататься. Тело покраснело и саднило, внутри словно бегал маленький, но очень колючий ежик, но я терпела, стиснув зубы. Это хорошо, что бегает, значит, не напрочь отморозила, отогреюсь.

Кажется, я немного увлеклась и забыла о времени.

За моей спиной скрипнула дверь и потянуло морозом. Я поежилась и поспешно растерлась горячей мочалкой, намочив ее заново.

- Дверь-то закрой! - рявкнула, не поворачиваясь, потому что сквозняк не унимался. Кажется, невольный зритель застыл, не в силах пошевелиться. Ну да, ему зрелище, а у меня попа подмерзает!

Дверь хлопнула так оглушительно, что я вздрогнула и обернулась. Никого.

- Я имела в виду, с этой стороны… - пробормотала себе под нос и снова намочила тряпку.

Вот балда, отморозит же себе что-нибудь! На улице хороший такой минус и метель. Голых дам, что ли, не видел?

Впрочем, кто знает, может, и не видел. У них тут с нравами строго, живет он в глухомани, да и сам тот еще сноб, как я успела заметить. К селянкам бы вряд ли с таким вопросом подкатил. Или нет?

Я плотно завернулась в простыню наподобие парео, благо длины хватило. Холодно было все равно, поэтому накинула поверх нее одну из шкур с лежбища, от которой вроде бы не пахло. Собрала с пола воду, нашла в ящике у мойки чай в жестяной банке.