Долина кукол

– Ну, ты же у нас профессиональная актриса, Адель, – поддел ее Ронни, подмигнув при этом Джино.

Адель посмотрела на него так, словно хотела испепелить его взглядом.

– Послушай-ка, Ронни, даже для того, чтобы быть хористкой, нужен какой-никакой талант. Так что придержи-ка свои подколы при себе.

Ронни улыбнулся и сунул записную книжку в карман.

– Я считаю, что ты лучшая хористка в городе, Адель.

– Вот и не забывай об этом, – сказала она, несколько смягчившись. – Я отклонила два предложения сниматься в кино, только чтобы остаться здесь, со своим крошкой. – И, изогнувшись, она поцеловала Джино в щеку.

Ронни встал и наклонил голову в знак прощания. Анна увидела, что, едва он подсел за другой столик, к нему быстро подскочил другой официант и поставил перед ним новый кофейник. Ронни стал медленно потягивать кофе, вынув свою черную записную книжку и постоянно бросая пристальные взгляды на входную дверь, фиксируя всех входящих.

Аллен проследил за ее взглядом.

– Ронни славный малый. Наемных репортеров у него нет; всю информацию для своих статей он собирает сам. Адель презрительно усмехнулась.

– Сплетник и проныра.

– Тебя бесит то, что он написал в газете, будто бы о нас ходит молва, что мы помолвлены, – возразил ей Джино.

– Конечно, та его заметка была чертовски обидной. Выставил меня форменной дурой. – Адель улыбнулась. – Так как же, крошка? Не допустишь же ты, чтобы твой сынок обскакал тебя на пути к алтарю.

– У алтаря я уже бывал, – ответил ей Джино. – Со смертью Розанны наступил конец и моей супружеской жизни. Жена у мужчины может быть только одна. Увлечения? Сколько угодно. Но жена – одна.

– И кто же установил такое правило? – спросила Адель.

Джино налил девушке шампанского.

– Адель, забудь об этом, – холодно проговорил он. – Даже если бы я и женился во второй раз, то не на тебе. Ты же разведена. – Видя, что Адель надулась, он сказал:

– Да, кстати, я велел Ирвингу отнести тебе домой два манто. Выберешь сама.

Выражение лица у Адель моментально изменилось.

– Оба норковые?

– Какие же еще? Может, ондатровые?

– О Джино… – она тесно прижалась к нему. – Иногда ты доводишь меня до бешенства, но приходится прощать тебя. Я так тебя люблю.

Джино посмотрел на шелковое пальто Анны, лежащее на кресле.

– Эй, Аллен, не возражаешь, если я пошлю одно из них Анне как подарок к помолвке? – И, не дожидаясь ответа, повернулся к Анне. – Какой цвет ты любишь?

– Цвет? – Анна всегда считала, что норка коричневая.

– Джино имеет в виду: диких или выращенных на ферме, – пояснила Адель. – Думаю, что дикая норка отлично пойдет к твоим волосам.

– Боюсь, что я не смогу принять его, – тихо сказала Анна.

– Почему не сможешь? – резко спросил Джино.