Долго тебя ждала

Мечусь глазами по встречным машинам, когда, отстояв на светофоре очередь, мы сворачиваем на парковку торгового центра…

— Вон он! — визжу, тыча пальцем на черный “Порше”, который проезжает мимо нас в обратном направлении. — Марк! Вон он! — кричу, беспорядочно пытаясь отстегнуть свой ремень.

— Куда?! — орет Зотов, схватив меня за рукав куртки до того, как успеваю бездумно выскочить из машины. — Куда ты собралась?! — рычит. — Сиди на месте!

Этот громогласный тычок отрезвляет.

Надавив на газ, он продвигается вперед в потоке, из которого не можем выбраться, а я, вывернув шею, смотрю вслед черному “Порше”, который выезжает на дорогу, увеличивая между нами расстояние.

— Сейчас развернемся… — отрывисто информирует Марк.

Сцепив зубы и сжав ладонями руль, он делает маленькую петлю по парковке, и через три минуты мы тоже вырываемся на дорогу. На следующем светофоре Зотов проезжает на красный. Я закрываю глаза ладонями, чтобы этого не видеть. Мне безумно страшно."

"Толкотня на дорогах опять тормозит. Вокруг снег, машины и пешеходы!

— Вон он! — снова кричу, тыча в лобовое стекло. — О, Господи…

— Вижу…

Неотрывно слежу за каждым маневром Власова, боясь потерять его из вида в плотном потоке машин, пока следуем за ним, меняя полосы.

— На право, Марк! На право…

Он начинает поворот еще до того, как я это произношу, но не просит меня закрыть рот и не мешать. Спустя пятнадцать минут, когда становится ясно, что “Порше” направляется к выезду из города, Зотов наконец-то подает голос:

— Куда он может ехать?

Я понятия не имею, куда ведет эта дорога. Это направление мне незнакомо, дом его родителей находится в противоположном направлении.

Злость в груди разрастается как снежный ком. Сердце частит, эта безумная погоня сжигает мою кровь адреналином и страхом.

— Я не знаю…

— Подумай. Успокойся и подумай… С кем он общался?

— Я не знаю его дружков.

Марк выверенными движениями выкручивает руль и добавляет газа. “Нива” выскакивает на пустую заснеженную трассу вслед за черным “Порше”, от которого нас отделяет пятьдесят метров дороги и какой-то внедорожник.

Я так боюсь отстать, что подаюсь корпусом вперед, будто это поможет нам ехать быстрее. Дворники старой “Нивы” с трудом справляются с хлопьями непрекращающегося снега. Нас то и дело подбрасывает, потому что дорогу заметает прямо на глазах, и я понимаю, что Власов едет быстро.

Слишком быстро для такой пурги!

Я боюсь озвучивать эти мысли вслух. Боюсь пошевелиться, чтобы не спугнуть хотя бы такую крошечную стабильность! Пока багажник “Порше” мелькает где-то впереди, это хоть и крошечная, но стабильность!

Она разлетается в щепки, когда машина Родиона принимает левее, выходя на обгон идущей впереди машины.