Супружеский долг

 — Мод втянула в себя побольше воздуха: — Миледи, неужели никто не объяснил вам перед свадьбой с лордом Фальком, в чем заключается «осуществление брака»?

— И да, и нет. — Эмма рассмеялась, вспоминая свои наивные представления. — Отец сказал мне, что лорд Фальк разделит со мной ложе.

— И все?

Эмма кивнула.

— Ох, миледи, миледи! — Мод застонала от огорчения. — Вы должны были спросить у меня. Я смогла бы объяснить вам, чего ждать.

— Все в порядке, Мод, — успокоила ее Эмма, криво усмехнувшись. — Теперь я готова. Поэтому и выпила хмеля с ивовой корой. Нынче ночью все будет хорошо. Я смогу вытерпеть. По правде говоря, думаю, что даже не замечу боли: я как в дурмане.

— Нет, миледи, не надо! — решительно начала Мод и тут же смолкла, так как дверь комнаты распахнулась, и на пороге появился Эмори.

Он удивился, что служанка еще не ушла. Ему хотелось поговорить с женой наедине.

— Оставь нас! — приказал он.

Мод поднялась и покорно покинула спальню.

Эмори проводил ее взглядом и повернулся к жене. В розоватом колеблющемся свете очага она выглядела очаровательной. Сверкающие волосы рассыпались по плечам и водопадом струились по спине. Ему было видно, что под черной влажной простыней, льнущей к ее телу, ничего не было.

Скользя глазами по соблазнительным округлостям ее фигуры, Эмори почувствовал, как у него перехватило дыхание. Он отчетливо вспомнил это тело, раскинувшееся под ним… И так же отчетливо вспомнил мучительные страдания потом, из-за того что ему было отказано в облегчении. Он подозревал, что именно отсутствие разрядки и стало причиной того, что он так легко возбуждался при виде жены. Ему казалось, что с момента их свадьбы он все время пребывал в состоянии телесного возбуждения. Увы, похоже, что скорого удовлетворения ждать не приходится. Раз жена разболелась, ему рассчитывать не на что.

— Ты больна, — произнес он обвиняющим тоном. Эмма подняла брови и отрицательно покачала головой.

— Больна, не спорь. Но я хотел бы знать, что именно с тобой происходит, жена?

— Ничего, муж мой.

— Ты обязана рассказать мне о своей болезни. Это долг жены.

Эмма нахмурилась. Она никак не могла сообразить, почему он решил, что она заболела. Разве что ему каким-то образом стало известно, что она напилась отвара хмеля и ивовой коры? Если дело в этом, объяснить, зачем ей это понадобилось, будет трудно и неприятно. Решив как-то отвлечь его, она с трудом поднялась на ноги и как бы нечаянно уронила простыню на пол.

— Разве у меня больной вид, муж мой?

Эмори как в землю врос. Он не верил глазам своим. Как она решилась на такое? Со дня свадьбы он несказанно мучился, проводя время в борьбе с собой, еле удерживаясь от того, чтобы потребовать то, что принадлежит ему по праву.