Супружеский долг

С яростью стукнув кружкой эля об стол, Эмори обернулся к другу и сердито уставился на него.

— Я тебя предупреждал, — поторопился оправдаться Блейк, — говори своими словами! Я ведь просто привел тебе примеры.

Бормоча под нос проклятия, Эмори вернулся к еде и стал зло тыкать в пищу кинжалом."

"— Что-то не так, муж мой? — поинтересовалась Эмма, но участливый тон был несколько смазан звучавшим в ее голосе смехом. — Может быть, у тебя снова заболела голова? Заварить тебе еще…

— Нет! — рявкнул Эмори и вздохнул, сдерживая досаду. — Спасибо, но чая мне больше не надо. — Он содрогнулся при одной мысли о мерзком питье и опять вздохнул, окончательно утратив аппетит. К тому же он вновь начал ощущать усталость. А может быть, он устал из-за всех этих споров и пререканий, в которые ввязался, спустившись в зал? Ведь он выдержал целую битву, чтобы заставить жену отложить нанесение мази до отхода ко сну. В том, что касалось его здоровья, она была упряма как мул. Эмори не знал, радоваться этому или расстраиваться. Блейк намекнул, что Эмма боится вновь стать вдовой, ибо в этом случае ей придется выйти замуж за Бертрана. Не такой уж это и комплимент, если его предпочитают этому проходимцу.

— Боюсь, я переоценил свои силы. Пожалуй, отправлюсь в постель и попробую уснуть, — объявил он, выжидательно поглядывая на Блейка.

Блейк кивнул, не отрываясь от еды. А вот Эмма с готовностью поднялась из-за стола.

— Разумеется. Я провожу тебя и помажу мазью.

Эмори свирепо сверкнул глазами в сторону друга, но тот спокойно продолжал жевать.

— Не стоит, жена. Я и сам справлюсь, — попытался отказаться от ее услуг Эмори.

— Но как же, муж мой? Ты не сможешь дотянуться, чтобы все смазать, — рассудительно возразила Эмма.

— Блейк мне поможет, — заявил Эмори, толкая друга локтем в бок.

— Ах да! — Блейк быстро обтер кинжал и вскочил, на ходу засовывая его в ножны. Улыбнувшись Эмме, он подтвердил: — Я присмотрю за ним, миледи. А вам следует хорошенько подкрепиться, иначе вы протянете ноги.

— Но вы же сами не закончили обед! — возразила она.

— Ну и что? Я в последние дни только и делал, что ел, а вы почти не прикасались к пище, тревожась за бедного раненого мужа.

Эмори недовольно нахмурился, услышав его замечание:

— Это правда?

Эмма бросила на лорда Блейка сердитый взгляд и обернулась к мужу:

— Нет, милорд, я ела. — И когда он недоверчиво поднял брови, явно считая, что она лжет, вздохнула и неохотно созналась: — Только очень немного. Из-за тревоги у меня пропал аппетит.

— Ешьте! — приказал он и направился к лестнице.

Бросив на Эмму извиняющийся взгляд, Блейк схватил со стола баранью ногу и, отсалютовав ею, поспешил за другом, бросив на прощание:

— Это я захвачу, чтобы поддержать свои силы во время исполнения обязанностей друга.