Долг платежом красен

Когда затихла музыка, мужик с силой стукнул кружкой по столу, поднялся, нашарил в кармане монету и бросил ее подбежавшему трактирщику. А мне кивнул:

— Спасибо, парень, уважил, — и вышел из таверны, сильно хлопнув дверью, видимо от переполнявших его чувств.

У меня чуть ноги не подогнулись, настолько неожиданной оказалась реакция на песню. И тут же в меня полетела еще одна монета, еле поймал. Теперь ее бросил молодой мужчина, явно благородного происхождения, в несколько потертой одежде: то ли от долгой дороги, то ли этот человек переживает не лучшие времена.

— А мне… что посчитаешь нужным, — тихо попросил он.

Немного подумав, я запел песню из репертуара Сергея Никитина:

Каждый выбирает по себеЖенщину, религию, дорогу,Дьяволу служить или пророку,Каждый выбирает по себе…У мужчины даже руки задрожали. Посидев еще пару минут после того, как замолкла музыка, он резко встал и кивнул трактирщику. Тот быстро подбежал, получил деньги и закланялся, как ванька-встанька. Видно, дали гораздо больше, чем надо. Благородный бросил на меня внимательный взгляд.

— А ты наблюдателен и умен не по годам, малыш, — глухо сказал он и пошел на выход.

Нервные они все какие-то. Если так дело дальше пойдет, то трактир скоро опустеет. Правда, хозяин еще не предъявляет никаких претензий. За крайним столиком у дверей сидят четверо стражников. Они о чем-то пошептались и подозвали меня.

— Спой и нам что-нибудь подходящее, парень, — вручая мне деньги, попросил один из них.

Решив, что пора выбрать что-то повеселее, запел из «Гусарской баллады»:

Жил-был Анри Четвертый.Он славный был король,Вино любил до черта,Но трезв бывал порой…Сначала все весело мне подпевали, помахивая кружками, хозяин активно разносил вино, но ближе к концу песни у всех почему-то лица сделались серьезными, особенно у четверки стражников. Все в трактире, до единого человека, уставились на меня. Стало совсем неуютно, и я решил, что пора сваливать, пока не прибили непонятно за что.

— Большое спасибо за внимание, — зачастил я. — Уже темнеет, а я еще мал, чтоб ходить один по темноте, да и город плохо знаю, могу заблудиться. — Часто кланяясь и без остановки говоря, я отходил к двери. Криста и Род, также кланяясь, двигали следом.

Странное оцепенение как бы спало с народа. Люди задвигались, зашумели.

— А ты завтра здесь будешь петь? — спросил кто-то.

— Конечно-конечно, — отозвался трактирщик, на которого я посмотрел вопрошающе. — Приходи еще.

— Я постараюсь, — крикнул я, и мы выскочили на улицу.

Из-за углов выбрались остальные парни, которые располагались вокруг трактира кто где, на случай если нам срочно понадобится помощь. И мы, радостные, рванули домой. Для первого заработка получилась очень даже хорошая сумма.