Долг платежом красен

Ирвин — восемнадцати лет и Нирана — четырнадцати больше походили на отца и, как и он, были светловолосыми и с «ореховыми» глазами. Несмотря на то что эти ребята имели симпатичные лица, на фоне Рэма и Лорэйн они выглядели менее привлекательно. Шестнадцатилетние Рэмануэль и Лорэйн больше походили на мать, портрет которой мне показывал магистр перед моим выходом. Наша мама была очень красивой женщиной, с тонкими чертами лица, каштановыми волосами и изумительными синими глазами. На картине сапфировые серьги и ожерелье настолько гармонировали с ее глазами, что от портрета трудно было отвести взгляд. Мне стало о-о-очень понятно, почему отец без колебаний бросил столичную жизнь и всяческие бонусы ради женитьбы на ней.

Однако визуального знакомства для выполнения взятой на себя миссии оказалось явно недостаточно. Чтобы куда-то вести семью, мне надо было получше изучить характеры и взгляды сестер и братьев. Для этого надо было почаще и подольше находиться вместе. Дело за этим не стало. Используя их любовь и жалость ко мне, я уговорил вместе заниматься физическими упражнениями, чтоб поправить мое здоровье, а также чтобы они по очереди читали больной «сестренке» книги и обучали меня пению и игре на инструменте, похожем на гитару.

Скажу сразу: приобретение двух последних навыков пошло как по маслу, поскольку в прошлой жизни я неплохо для любителя играл на гитаре. Хотя, конечно, у Кристы получалось куда лучше. У меня голос оказался высоким и мелодичным, у Кристы — несколько ниже. Если мы пели на два голоса, получалось красиво. Когда же включались сестрички и братья, то, по мне, вообще получался шедевр. Правда, местный репертуар, на мой вкус, был до невозможности занудно-завывательным."

"Итак, некоторое время я внимательно присматривался к семье. Ребята оказались неплохими, но очень уж, как говорят «у нас», пассивными. Через месяц литературных чтений и песенных вечеринок я понял, что пора начинать изменять психические настройки и мышление родных и близких. Обработку решил начать с сестер. Когда мы всей семьей, включая Кристу и магистра Жаколио (куда же от них денешься), собрались, как обычно, вечером в гостиной, я сразу взял, как говорится «у нас», быка за рога, начал с самого злободневного вопроса:

— Девочки, не расскажете ли, как вы видите наше будущее на ближайшие пять — десять лет?

Сестрицы переглянулись между собой, лица при этом у них, прямо скажем, стали печально-несчастными, затем обе бросили быстрый взгляд на Ирвина, а потом уставились в пол с видом партизанок. М-да-а… Судя по всему, свое будущее они видят явно не цветущим. Если вообще его видят.