Долг платежом красен

Он сейчас подпишет, — натянуто улыбнувшись мне, капитан положил мои бумаги перед головой.

Этот жук внимательно посмотрел на меня, затем на капитана, затем перевел взгляд на бумаги. Он никак не мог понять, в чем фишка.

— Сей-час под-пи-шет. Он лю-убит свою ра-бо-ту, — сквозь сжатые зубы прорычал капитан по слогам.

Голова удивленно и вопросительно уставился на подельщика.

— Я тоже люблю с-сво-ю ра-бо-ту, — не разжимая зубов и сделав максимально зверское лицо, прошипел капитан.

С большим вниманием выслушав его на этот раз, Голова придвинул к себе мои бумаги и подписался на каждом листе, хотя подпись требовалась лишь на последнем. Похоже, он не настолько тупой, как кажется.

Мило улыбаясь, я поблагодарил их и, стараясь не задерживаться, рванул на выход.

После получения разрешения целый месяц четверо наших людей из команды, разбившись на пары, ходили по городу и пели песню Окуджавы «Капли датского короля».

На спинах у них при этом висели плакаты с адресом нашей аптеки. Благодаря такой необычной для этого мира рекламе у нас стали появляться клиенты, и дело постепенно пошло на лад.

Глава 21

КОРОЛЕВСКИЙ БАЛ

Хоть мы и живем в доме Беруччи на полном обеспечении, приданое для сестер все равно собирать надо. Ради этого я все свои свободные вечера посвящал работе в трактире.

Зимой мне, в смысле Лионелле, исполнилось шестнадцать. За последний год мое, в смысле ее, тело несколько округлилось в положенных местах и перестало походить на сушеную воблу. Налилась грудь, остановившись где-то между нулевым и первым размером, и так просто ее уже не скроешь. Чтобы выглядеть взрослее, мне не хватало лишь роста. А это было существенно: потому что посещать королевский бал да и другие официальные церемонии могли только девушки определенного роста. Значит, мне придется надевать туфли на каблуках.

Увеличение форм принесло мне, кроме физического неудобства, еще дополнительные проблемы. Теперь постоянно надо было думать о том, чтоб не проходить рядом с мужиками, а то за задницу могут ущипнуть либо за грудь полапать… Я, конечно, морды добросовестно бил, но по несколько раз на день драться — это перебор. Вот и приходилось перемещаться по трактиру не по прямой, а зигзагами.

Стоя в зале и разговаривая с Тарэном, я вдруг почувствовал, как кто-то, наклонившись из-за спины, поцеловал меня в шею. Резко развернувшись, я со всей дури врезал кулаком в глаз идиоту, рискнувшему такое совершить."

"— С-су-у… ду-у… ы-ы-ы, — мычал Николло, держась за подбитый глаз, глядя вторым, как я похлопываю посохом по ладони.

— Тебе что, жить надоело, придурок? — В моем голосе было столько злости, что его аж перекосило.

— Я же пошутил! Совсем шуток не понимаешь.