Долг чести

— Ты пытаешься манипулировать мной, называя по имени и прося нежным тоном, который обычно приберегаешь для всех, кто не является мной, Бьянка? — откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди, чтобы не коснуться ее, спросил он обманчиво спокойным голосом.

Глаза его жены расширились от удивления.

— Конечно, нет! Я не имею привычки манипулировать людьми! А по имени я решила называть Вас в благодарность за то, что Вы сделали для меня сегодня, но если Вам не нравится, то я больше не бу…

«Благодарность! За встречу со старым непочтительным стариком, у которого она чуть ли не с руки ела. Так вот что я должен был сделать, чтобы заслужить ее милость!»

Викензо больше не мог сдерживаться. Схватив за руку, он потянул Бьянку на свои колени, заставляя пораженно умолкнуть на полуслове. Крепко сжав ее талию, он уткнулся лицом в обнаженную шею, прижимая губы к нежной коже прямо там, где бился ее пульс, изо всех сил пытаясь удержать себя от большего.

— Что Вы делаете? — испуганно замерев в его руках, прошептала она.

— Ни слова больше! — прорычал он в ее кожу. — Не то трахну тебя прямо на этом столе.

Она вскрикнула и замерла, вцепившись пальцами в его плечи и прерывисто дыша. Викензо понимал, что пугает ее, но ничего не мог поделать. Он потерял контроль.

— Почему ради другого мужчины ты можешь быть снисходительна ко мне, Бьянка? Ты — моя жена! Моя!

Он поднял голову, чтобы посмотреть в ее глаза и, увидев в них слезы, почувствовал, как его ярость стремительно угасает.

— Бьянка…

Ее нижняя пухлая губка обиженно задрожала и она тут же упрямо сжала рот, отводя взгляд в сторону.

— Отпустите меня. Мы с Вами никогда друг друга не поймем, не стоит и пытаться.

Она попыталась встать, но он удержал ее.

— Прости.

Извинение привлекло ее внимание. Бьянка замерла, с недоверием вглядываясь в его лицо. Викензо непроизвольно поморщился. Он не привык извиняться и от того, что ее это так удивило, почувствовал себя еще более неудобно.

— Я просто ревновал, — признался он, прежде чем передумал.

— К Тотти? — недоверчиво спросила Бьянка, больше не пытаясь вырваться. — Но Вы же были с нами! Он не давал повода…

— Ревновал не в том смысле, — чувствуя себя все более неловко, объяснил он. — Дьявол!

— Не ругайтесь!

Викензо не сдержал нервного смешка. Даже в такой момент она умудрялась быть строгой праведницей.

— Я ревновал к твоему отношению к нему, — нехотя пояснил он. — К тому, как легко ты разговариваешь с ним. Смеешься. Отпускаешь себя, не думая о том, чтобы быть постоянно начеку.

Бьянка затаила дыхание, вглядываясь в его лицо, словно хотела прочесть мысли, и, Викензо знал, что в тот момент, на нем отражалась слабость, которую он испытывал, когда дело касалось ее.