Дольче вита по-русски

Во сколько это было, как долго она там простояла, как выглядели медики – соседка ничего этого не видела.

– Ну вот, собственно, и все, – подытожила Таня.

Я быстренько свернула общение с этой девушкой и ушла. Так семья Николаевых осталась вне моих подозрений. Напрасно Оля так переживала за своего младшего брата, а Таня соответственно – за бойфренда. Теперь все мои мысли были только о карете «Скорой помощи». Я не сомневалась, что именно на ней злоумышленники вывезли гроб с телом покойника. Но как ее найти? Кто сыграл роль медиков? Я почему-то была уверена, что это не настоящая «неотложка», но вот зачем кому-то понадобился мертвец, причем конкретно этот, понять все еще не могла.

Домой я вернулась в самом сумрачном настроении. Все старые версии развалились, абсолютно все! Ничего нового в мою голову не пришло, даже после трех чашек крепкого кофе, хотя этот тонизирующий напиток всегда стимулировал мою мыслительную деятельность. Я впервые почувствовала себя перед лицом событий, объяснить природу которых мне было не под силу. Запоздало вспомнив про гадальные кости, я взяла бархатный мешочек, вынула двенадцатигранники, мысленно задала вопрос о перспективах расследования и бросила их на стол. Косточки даже не крутились, сразу застыли со следующими числами на верхних гранях: «27+4+20». Смысловое содержание этой числовой комбинации было следующим: «Обнаружите неискренность людей, которым доверяли».

Я задумалась. Выходило, что кто-то из фигурантов моего расследования ввел меня в заблуждение. Но кто? Осташкина? Урюпин? Кривулин? Лена? Ольга? Татьяна?..

Это расследование было похоже на длинный коридор со множеством дверей. Когда одна дверь закрывалась за мной, впереди сразу же открывалась другая. Я отработала версию о маньяке, занялась Осташкиной, которая привела меня на кладбище. Оказалось, что там покоятся ее родители, а вовсе не любовник. Эта версия закрылась, но появилась другая – о том, что любве-обильный охранник сымитировал собственную смерть. Она оказалась далекой от истины, и я переключилась на Урюпина. Он так радовался тому, что наконец-то довел до логического конца дело с огромной «бородой»! Конечно, я не выяснила, что это за дело, но, скорее всего, оно не было связано с местью семье его бывших компаньонов, ведь Дмитрий Александрович так и не вышел на связь с шантажистом. Потом я заподозрила в причастности к похищению трупа домработницу, но все соседи в один голос твердили, что она – чистый ангел, не то, что ее младший брат. Леонид, хоть и дружил с пороками, но у него на момент преступления имелось алиби. На этом закрылась последняя дверь, а следующая – не открылась. Я оказалась перед глухой стеной.