Дольче вита по-русски

 – В прокуратуру обратился ювелир Нежинский. Его супруге, пожилой женщине с кучей болячек, неожиданно стало плохо, она упала и прокатилась по лестнице их загородного дома. Во всяком случае, такова была версия развития событий, изложенная самим Нежинским.

– Значит, его женушка упала с лестницы и скончалась?

– Не совсем так. Бабка еще дышала, когда дедка нашел ее лежащей на полу. Он вызвал «Скорую», но, пока та была в пути, ювелирша преставилась. Женщину привезли в морг второй городской больницы. И вот тут начинается самое интересное. Главный патологоанатом Грындин пригласил ювелира к себе для приватного разговора. Он констатировал, что смерть Нежинской наступила от побоев, но за определенную плату пообещал написать в справке, что она умерла от кровоизлияния в мозг, вызванного инсультом."

"– Мне говорили, что всех женщин он вскрывает сам, а мужчин отдает Шильдикову, – вспомнила я.

– То есть тебе дальше неинтересно, поскольку почившие фигуранты твоих расследований были мужского пола?

– Интересно, интересно, – возразила я. – Это так, к слову пришлось.

– Нежинский, конечно, начал доказывать, что он и пальцем ни разу в жизни не тронул свою любимую супругу, но синяки на теле покойной говорили о другом. Стоило Грындину описать интерьер тюремной камеры и меню заключенных, как ювелир, привыкший к комфорту и к кошерной пищи, испугался столь мрачных перспектив и сдался. Сама понимаешь, в семьдесят лет менять свои привычки не так-то просто. Вот он и решил – дашь грош, будешь хорош.

– Наверное, ювелиру было проще заплатить, чем доказывать свою невиновность?

– Да, Нежинский – человек не бедный. Поскольку Павел Грындин несколько раз упоминал о грядущем юбилее своей супруги, Иосиф Львович понял, что тот желал бы получить плату ювелирными украшениями. В результате торга они сошлись на золотом гарнитуре с бриллиантами, состоявшем из колье и браслета. Нежинский принес Грындину этот гарнитур и получил справку о смерти супруги, в которой, как врач и обещал, был указан диагноз – инсульт. Ювелир вышел из морга, но вскоре вспомнил, что забыл там свою трость, и вернулся. Дверь в кабинет Павла Сергеевича была приоткрыта, и ювелир услышал, как Грындин морально обрабатывает женщину, потерявшую мужа. Там дилемма стояла такая – либо отравление сильнодействующим ядом, либо прободная язва с перитонитом. Нежинский понял, что его развели как мальчишку, и тут же направился в прокуратуру, которая, как ты знаешь, находится неподалеку от морга. Ордер на обыск был получен в течение часа, только ювелирных украшений в морге не нашли, и это при том, что не только сам Грындин, но и прочий персонал этого заведения никуда не отлучался. Похоже, главный патологоанатом успел кому-то передать драгоценности.