Невероятная доктор Белль и Повелитель драконов

Накамура едва заметно улыбнулся:

– По рукам.

Целитель деловито достал писчие принадлежности:

– Скрепим договор на бумаге.

Глава 14. А не хотите стать моей помощницей?

– Как вы, Сабуро-сан? – перед тем, как покинуть Сэйкей-ин, я решила навестить спасённого мной торговца.

Мужчина выглядел бодро. Его лицо, ещё недавно пепельно-серое, теперь обрело здоровый оттенок, хотя в глазах всё ещё виднелись следы усталости. Я внимательно оглядела его: плечи расправлены, дыхание ровное, рубашка слегка смята, но в области груди не видно пятен, указывающих на кровотечение из раны.

– Благодарю за помощь, Биелля-сан, – тихо, с лёгкой хрипотцой ответил он, кивнув мне. – Никогда не думал, что простая тростинка способна вернуть человеку жизнь.

Я улыбнулась, но мысленно отметила, что хрип в голосе, может указывать на остаточный отёк лёгких."

"Сабуро-сан сидел на веранде, любуясь вечерним садом – да-да, именно столько времени я провела в беседе с Накамура-саном, рассказывая, объясняя и делая зарисовки, и так по кругу; обсуждение продолжалось даже за обедом. Целитель оказался дотошным и вцепился в меня, словно клещ. Не скажу, что только старик-лекарь обогатился знаниями, кое-что узнала и я: у меня более-менее сложилось понимание того, насколько местные продвинулись в медицине.

Здесь не знали ни о бактериях, ни о вирусах, ни о других микроорганизмах, вызывающих болезни. Представления о составе крови были крайне туманными, хотя простейшие операции, такие как удаление воспалённого червеобразного отростка, уже практиковались. Однако не понимали природы воспаления, а заражение крови оставалось практически смертным приговором – если под рукой не было мощного артефакта.

Понятия об антисептике, асептике или стерильности инструментов в этом мире не существовало – всё то, что было основой хирургии в моём мире, здесь даже не приходило никому в голову. Операции проводились без обеззараживания. Все знания у акацукийских целителей основывались на опыте прошлых поколений и передавались как ремесленные секреты.

Магия компенсировала многие пробелы: с её помощью лечили то, что иначе было бы неизлечимым.

– Одарённые, увы, во многом полагаются на свой дар и на артефакты, из-за чего упускают важные вещи! – задумчиво рассматривая выторгованный магический предмет, заключила я. – Магия не даёт вам понимания природы болезней, – я подняла глаза и серьёзно посмотрела в посмурневшее лицо Накамуры-сана. – А что станет, когда волшебство иссякнет?

На мой вопрос старик пуще прежнего нахмурился.

– Но! – положив теперь уже мой артефакт в бархатный мешочек, я выстрелила пальцем в потолок, дабы придать своим словам больший вес.