Доктор Куэйк

А что, пожалуй, с этим можно согласиться, подумал Римо, чувствуя как калифорнийское солнце прогревает его до костей. А какие здесь люди! Вейд Уайт, доктор Куэйк, его дочери-близняшки, Карпвелл, мафиози… Он должен написать об этом книгу! Об интересных людях, с которыми его свела судьба. И о людях, которых ему пришлось убить… Сколько их на сегодняшний день? Он давно перестал вести им счет. В любом случае, уже несколько сотен. А ведь когда-то был только один… Но убийство даже тысячи людей всегда начинается со смерти одного человека. Да, он обязательно должен написать такую книгу. Смиту понравится эта идея. Нужно пообещать ему часть гонорара. Тогда она понравится ему еще больше…

Римо почувствовал, что начинает дремать. И вдруг ощутил чье-то присутствие.

Он повернулся и в одно мгновение оказался на ногах, стоя на носках, с согнутыми в локтях руками.

Перед ним были Джил и Джекки, одетые в тонкие желтые платья. Они жадно ощупывали его глазами, и Римо вдруг показалось, что он голый.

– Скажите пожалуйста, какой нервный, – оценила его стойку та, что стояла слева. Римо тщательно сравнил ее бюст с тем, что был у ее сестры, и определил, что это была Джил. У нее бюст был больше."

"– А какое сложение! – добавила Джекки. Римо понял, что, стоя передними в боевой стойке на носках, он выглядит круглым идиотом. И мягко опустился на ступни.

– Если уж говорить о сложении, – сказал он, – то как насчет ваших прелестей? Они кажутся нарушением естественного равновесия.

– А мы приветствуем всяческие нарушения, – отбрила Джил.

– Я надеюсь, управляемые? – спросил Римо.

– А других и не бывает, – ответила Джил. – Скажите-ка лучше, это все, на что вы способны? Лежать на боку у бассейна? Разве вы не плаваете?

– Иногда.

– Мы пришли поблагодарить вас. Правда, большое спасибо за помощь, которую вы оказали вчера профессору.

– Рад был помочь, – Римо изо всех сил старался не отводить глаз от лиц девушек.

– Ну, раз мы уже здесь, вы не собираетесь пригласить нас искупаться?

Девицы вызывали в нем прежнее чувство, поэтому Римо пришлось сесть на край доски для прыжков в воду.

– Конечно, будьте как дома, – сказал он.

Они хихикнули, глядя на его неудобное положение. Затем движением, которое доступно только женщинам и шимпанзе, они закинули руки за спину и расстегнули молнии на платьях.

Медленно, потряхивая руками, они высвободили их из коротких рукавов. Платья мягко упали на залитые солнечным светом плитки. Затем они сбросили сандалии и остались перед Римо совершенно нагими; солнце голубыми бликами отсвечивало в их иссиня-черных волосах, кремово-белая кожа, казалось, никогда не знала солнца. У них были пышные бедра и длинные полные ноги. Тонкие талии и изумительные груди, высокие и плотные.