Доктор Барченко (СИ)

Барченко взял на себя ответственность за этого неуверенного и нерасторопного юношу. С октября и до мая гимназист выпускного класса, после долгого заучивания ответов на билеты, приходил к герцогу в роскошный номер гостиницы, пытаясь научить его правильному русскому языку. Иногда до позднего вечера, даже по субботам, воскресеньям и праздникам, он заставлял З. писать под диктовку из грамматики Смирнова банальные фразы вроде ""Россия - наше Отечество"" или ""смерть неизбежна"". Когда герцога уже начинало тошнить, а в глазах роились мушки, он поднимал вверх руки, приговаривая: довольно, Искандер! Почему он звал репетитора Искандером, Барченко так и не добился. Наверное, из-за любви герцога к походам Александра Македонского, коего сумасброд записывал в свои родоначальники.

Герцог придерживался оригинальных убеждений - он не исповедовал никакой религии, но и не терпел атеизма. Каждый год своей жизни З. посвящал изучению какой-нибудь духовной традиции, уверяя Барченко, что, когда найдет свое, поверит в это. Начал он с католичества, потом всерьез штудировал протестантизм в разных его направлениях, а в тот год пытался выяснить, что же такое иудаизм."

"Если с католиками и протестантами у З. не возникало никаких затруднений - он воспитывался в католической семье, лето проводил в галицийском имении, вокруг которого попадались сотни костелов, в столице завел знакомства с немцами-лютеранами - то раскрыть врата еврейской веры герцогу никак не удавалось. То, что он узнал по книгам, большей частью антисемитским, решительно не устраивало.

Но посещать синагогу герцог, не обладавший восточной внешностью, боялся, друзей из еврейской среды, даже крещеных, у него не водилось. Лишь с помощью востоковеда, изучавшего когда-то древнееврейский, настырный герцог смог получить первые знания о Каббале. И пропал. Бедняга едва не свихнулся, рисуя дерево Сфирот на столе, стенах, снегу, песке, земле. Он кощунственно играл, комбинируя сакральные Имена.

В планах герцога З. было напроситься в ученики к раввину, но затея безбожно провалилась - ни один из них не рискнул тащить на себе груз наставления иноверца. Тогда аристократ стал изучать Каббалу самостоятельно, и неизвестно, что стало бы с его психикой, если б год, отведенный на изучение иудаизма, не подходил к концу.

Кое-чем герцог успел поделиться с Барченко. Оккультные кружки почему-то упорно обходили каббалистику, имея о ней самые примитивные представления. Мало кто владел древнееврейским и уж тем более арамейским языком. Поэтому гимназист жадно впитывал все услышанное от герцога. Особенно заинтриговала Барченко магическая сила шестиконечной звезды - магендовида.