Докажи мне

Мимоходом успел осмотреться: свет почти везде выключен, кроме бра на кухне, у стены коридора какая-то сумка стоит, видно, те самые вещи, которые Женька должен был привезти. Но Гутнику внезапно не до них стало: Даша подлетела, обхватила его руками, как оплела всего! А Олег молча в ее волосы лицом уткнулся, зарываясь пригоршнями в пряди. Так и не сказал ничего, ни единого, пусть и мягкого, упрека, что осталась бдеть. Ему горло перекрыло и ребра будто стальным обручем сдавило.

Черт! Почему ему никто не говорил никогда, насколько охр*нительно, когда кто-то тебя дома так ждёт?! В любое время дня и ночи…

В теле жар тлеть начал, растекаясь бурлящим потоком по каждой вене. Откинулся на стену, перенеся вес, но ее обнимать ни на йоту меньше не стал.

— Олег? — Даша, словно все еще беспокоясь, запрокинула голову, желая выяснить ситуацию, как бы ничего не спрашивая при этом.

Ну, попыталась, он не то чтобы готов был ее отпустить, потому вышло, что просто уткнулась холодным носом в шею Олега. Вот и прекрасно, согреется. Ухмыльнулся, закутав по ходу ее в свою куртку, которую еще просто не успел снять, прижал к груди крепко настолько, что почувствовал кулончик-перо, давящий через свитер.

Елки-палки! Как можно настолько соскучиться за пару часов?!

— Как считаешь, нас распишут завтра? Точнее… сегодня уже? — посмотрел на часах время, повернув руку так, чтоб продолжать ее обнимать. — У меня кто-то есть из знакомых в сервисе этом… Надо вспомнить, — прикрыл глаза, пытаясь за всеми чертовыми подробностями дел выудить то, что его самого сейчас больше интересовало. — Точно был кто-то… Думаешь, если позвонить сейчас, учтут это, как подачу заявления за сутки? — опять в ее макушку зарылся носом, кайфуя вопреки всему.

Все тело болит, мышцы ломит, кости ноют, ощущение, что вот-вот судорога будет, и в висках пульсирует боль напряжения, а Гутнику по хр*ну! Стоит и обнимает ее — и большего счастья представить в мире не может, кажется. Точнее, с воображение-то все нормально, как раз, может нафантазировать, но физическое свои ограничения вносит, блин.

Вот только бы еще и фамилию на нее свою нацепить уже, как кулончик-перо тот — вообще кайф был бы.

Даша замерла, он прям всем телом ощутил, как боится шелохнуться лишний раз, словно в сами отзвуки его слов вслушивается. А потом медленно-медленно голову подняла все же, так, что он ощутил даже то, как ее ресницы по его подбородку проехались.

А он ей что, об этих своих планах еще не говорил? Надо же. Упустил за всеми делами, видно. Ну да ладно, вот, рассказал сейчас.

То же самое слово, а вообще иные интонации! И смотрит на него, будто растерялась и совершенно не такого начала разговора ждала. Но при этом и невыносимо глубоко, в самое нутро ему простым и мудрым взглядом зеленых глаз заглядывает.