Докажи мне

— Но я не расстроился, как ни странно, а ведь армейский бинокль, шикарный, ни у кого такого не было из ребят. Потом мама долго это хранила, пока я учился и мотался по командировкам. Потому как сам все эти годы не мог объяснить ни себе, ни ей, зачем оно мне нужно было. А теперь… Может, ты в курсе, ангел? — и Олег вдруг протянул ей эту коробочку. — У меня такое чувство, что твое оно…

Даша почему-то всем телом вздрогнула! Причем, сама для себя не могла эту реакцию объяснить. Ничего конкретного в голове, а в груди будто в спираль ее что-то закручивает, саму душу сворачивая, сжимая…

Дрожащими же руками дотронулась до шкатулки в его ладони, почему-то не решаясь открыть никак. И Олег, словно поняв, решительным щелчком откинул крышку…

** На обычной белой атласной подушечке, пожелтевшей от времени и кое-где покрытой странными пятнами, лежала золотая цепочка с кулоном в виде пера. Причем, не писчего, а такого… какого-то необычного. И сразу ощущение, что не штамповка. Нет, индивидуальная работа, старая.

Черт знает, откуда в ней эта мысль вспыхнула?! Только не могла сейчас на ней сосредоточиться.

— Бабка та, что торговала, рассказывала, что дом ей достался старый, дети снести хотели и выстроить новое, под сдачу, земля почти в центре, это в прошлом веке он стоял на окраине города. Вот она и распродает все вещи. Ей тот попал недавно каким-то сложным путем в наследство, не помню уже. Вот она там в подвале и нашла, в тайнике, — как-то тише продолжал говорить Олег, и при этом внимательно следил за каждым ее жестом.

А взгляд словно потемнел, жадным стал, пристальным, как у дикого зверя, ей-богу! Прям зеркальным отсветом блеснуло ей, как у котов и собак в полной тьме… Или чудится от напряжения?!

Обхватила, продела пальцы в цепочку, аккуратно вытащила тонкое плетение. Старое золото, еще то, которое червонным называли. И какая-то крохотная печать на замочке… Присмотрелась — не советская, более ранняя, с инициалами. Видимо, точно частный ювелир делал. Год тоже указан, кажется, но мелко, так сходу не разобрать цифры, лупа не помешала бы.

Подняла руку, рассматривая тонкое, изящное перо… будто только из крыла выпало…

Дыхание перехватило! Сжала эту цепочку сильно-сильно, кулончик затрепетал, завертелся в воздухе, будто настоящее перо…

А перед глазами словно потемнело! И яркая вспышка-виденье: как его руки, только целые, без шрамов и со всеми пальцами, надевают ей эту цепочку на шею!.. Прям ощутила прикосновение, когда застегивал. И жаркий поцелуй в шею, такой же жадный, властный, каким совсем недавно одурманивал ее на вот этой вот постели!

Кажется, у нее тихий возглас с губ сорвался, покачнулась, не разбирая сейчас, где реальность?..

— Ангел мой!.. — Олег внезапно сгреб ее в объятия, жестковатые, мощные.