Проклятие брачного договора

– Я обещаю вам, что за ней присмотрю, – заверил тот следователя и, подойдя поближе, обнял замершую на стуле Дину за плечи. – Вы не волнуйтесь, Владимир Николаевич. Я не допущу, чтобы она вляпалась в настоящие неприятности. Я отдаю себе отчет, что два раза мы находили в нашем подъезде труп, но в третий сами можем оказаться на месте преступления раньше, чем нам бы того хотелось.

– Нам бы этого вовсе не хотелось, – буркнула Дина, которую очень напрягала обнимающая ее крепкая рука. И когда только этот чертов Боря перестанет корчить из себя заботливого старшего брата?

– Ладно, отдыхайте, я так понимаю, у вас сегодня был тяжелый день. Опять. За то, что вы выяснили важную для следствия информацию, благодарю, а вот то, что вы с самого начала об этом умолчали, безобразие. Больше так не делайте. И если что-то еще узнаете или вспомните, сразу звоните. Вот, еще раз оставляю вам свой телефон.

И с этими словами Владимир Николаевич покинул квартиру. Борис и Дина остались вдвоем. Пока он закрывал за следователем дверь, Дина быстро и споро убирала со стола посуду. От усталости она не чувствовала ни рук, ни ног, двигаясь механически, как робот, и мечтая только о том, чтобы этот проклятый длинный день уже наконец закончился. А ведь как хорошо начиналась эта суббота.

Дина вспомнила деревянные денники «Галактики», площадки с барьерами, через которые грациозно перепрыгивали кони, свежий воздух, трепавший щеки, скованный льдом пруд, потом выставку, на которой она любовалась чужим запретным счастьем, прорастающим сквозь боль и ужас. Ужин, любовно приготовленный Борисом, который им так и не удалось отведать вдвоем. Долгий разговор с Игорем Петровым. Звонок Бориса, его придушенный голос в трубке. Второе очерченное мелом тело на плитках подъезда. Брезгливость в глазах соседа. Осуждение в голосе следователя.

Страх, который она так тщательно в себе гасила, вдруг вспыхнул яркой искрой в районе солнечного сплетения и начал разрастаться, переходя в бушующее внутри пламя. Преступник знал, что Петров шел из их квартиры. Он уже заставил замолчать двух человек, знающих что-то опасное для него. И вполне мог вернуться, чтобы заставить замолчать еще двоих. Ее и… Борю.

От бушующего внутри страха тело стало чужим и непослушным. Из ватных рук выпала чашка, упала в раковину, под струю воды, кажется, не разбилась, но Дина не могла сказать точно. За спиной появился возвратившийся в кухню Борис, уже успевший переодеться в домашнее – свободные спортивные штаны и майку, красиво облегающую тело и оставляющую открытыми взгляду мощные накачанные бицепсы. Ну надо же, рельеф тела у этого парня тоже на высшем уровне. Что ж, нечему удивляться.