Договор на сто дней

Я тем временем взяла новую рубашку и вдела правую руку. Вдеть левую оказалось сложнее: плечо ужасно болело, и я невольно застонала. Лукас обернулся и застал меня в нелепой позе.

– Давай помогу, – он обошел кровать и встал слева, аккуратно беря меня за руку.

Не успела я и слово сказать, как он осторожно просунул мою руку в рукав, натянул рубашку на плечи и поправил воротник. Он не смотрел мне в глаза, и я все гадала: пялился ли он на мою грудь?

Увлекшись процессом, Лукас стал застегивать пуговицы. Я затаила дыхание, когда его пальцы коснулись моей кожи чуть выше груди. Наконец он застегнул рубашку и отстранился.

– Надо тебя расчесать, – сказал, окидывая меня мрачным взглядом.

Лукас наклонился к тумбочке и достал оттуда расческу в запечатанном целлофановом пакетике. Похоже, здесь имелись одноразовые средства гигиены на всякий случай. Он протянул мне расческу, и я взяла ее правой рукой. Без зеркала я не видела, насколько все плохо, но смогла представить, когда мне попался первый колтун. Одной рукой расчесать его было нереально, и я беспомощно посмотрела на Лукаса.

Он все прочитал по моим слезящимся глазам. Молча взял расческу и начал расчесывать мои рыжие волосы. Я сказала, чтобы он начал снизу вверх, он не стал спорить и принялся за дело. Я вдруг вспомнила маму, как она расчесывала меня, успокаивала, подбадривала. Как же мне ее не хватает. Ком подступил к горлу, я изо всех сил сдерживалась, чтобы не заплакать.

– Ты не голодна? – спросил Лукас, нарушая тишину. – Можем заехать перекусить.

– Нет, я хочу домой.

Хочу домой как можно скорее, лечь под одеяло и спрятаться от всего мира. Ну, и спокойно поплакать.

– Ты винишь меня? – тихо спросил он.

– Ты виноват в этом не меньше.

– Почему ты всегда во всем винишь меня? – в его голосе слышалось разочарование.

Потому что так легче. Всегда легче кого-то ненавидеть. Если бы Лукас держал свою подружку в узде, этого бы не случилось. Если бы он вообще держался от меня подальше, ничего бы этого и подавно не произошло. Но вслух я ничего не сказала.

Вскоре мы поехали ко мне домой. Лукас прогулял уроки, но, похоже, его это не заботило. Он терпеливо помог мне вылезти из машины, когда мы подъехали к моему дому. Я медленно шагала по узкой дорожке, а Лукас плелся за мной следом, словно готов в любую минуту меня подхватить, если я оступлюсь.

– Я сама дойду.

– Я не оставлю тебя.

– Не беси меня, Лукас! – прошипела я.

Мне была ненавистна мысль о том, что он будет находиться в моем доме, рассматривать все и лапать своими руками.

– Вдруг тебе станет плохо. Кто-то должен присматривать за тобой.

Мы дошли до входной двери, я достала ключи из рюкзака.

– Хорошая попытка, но нет.

– Тогда я позвоню твоему отцу и попрошу его приехать домой пораньше.