Догнать и жениться (СИ)

Такая вещь явно не предназначалась для тети Любы Корнеевой, что от большого ума прицепила ее на ту саму шпильку, подарившую свободу. Катя еще раз внимательно осмотрела тыльную сторону изделия. Нашла два выступающих крючка, с помощью которых и удалось жене Корнеева закрепить брошку на тонкой железке, а при случае закалывать волосы. Естественно, носить брошечку никто не собирался. Лежит себе в сейфе и пусть лежит."

"«Трофей мой», — мысленно хмыкнула Катя, слегка касаясь подушечкой указательного пальца по едва видневшимся буквам. Б.О.Л.И.Н.

«Где же Михею удалось раздобыть историческую редкость?» — подумалось Кате. Она будто наяву увидела, как отец, засунув в глаз лупу, причитает над Катькиной добычей:

— Ну доча, ну даешь!

И сама Катерина, растерянная, еще не пришедшая в себя от полночного бега с препятствиями, смущенно заглядывает отцу через плечо и бормочет чуть слышно:

— Я только дома поняла, пап, что тут бриллианты и сапфир, кажется!

— Моя дочь, — гордо выпячивает грудь Альберт, а потом наматывает на тонкое шило небольшой слой ваты, смачивает ее в спирте и аккуратно чистит внутреннюю сторону брошки.

— Вот, смотрите, — улыбается он жене и дочке. — Видите буковки? Это Болин, твою мать! Катя, ну ты даешь! — веселится папа, а мама шикает на него, чтобы не смел ругаться при дамах.

Папа вскакивает из-за стола. Обнимает маму, потом чмокает в щеку саму Катерину, а уж после несется к телефону, стоявшему в коридоре, звонить Корнееву.

— Михей, — спокойно и слегка надменно говорит в трубку. — Я выплачу тебе стоимость слитков. Моей вины в их пропаже нет, но у них цена гораздо меньше, чем моя репутация. Во имя нашей прежней дружбы я прошу тебя о небольшой рассрочке.

Папа слушает внимательно, а потом неспешно соглашается.

— Да, ты прав, полгода — отличный срок. Я надеюсь, больше мою семью ни ты, ни твои люди не побеспокоят, — сдержанно замечает он, а потом терпеливо слушает собеседника и лишь под самый конец разговора мимоходом бросает:

— Какая еще брошка? Катя еле жива и безумно счастлива, что унесла ноги из твоего дома. А где она лежала, эта бижутерия? В спальне? Так поищи под кроватью, может, упала? Ладно, хорошо, — соглашается отец и вешает трубку.

— Почему ты не сказал, что эта вещь у нас? — нервно интересуется мама. — Тем более такая ценная.

— Во-первых, Михей похитил Катю. А это беспредел, Роза, — морщится отец. — И если Катерина случайно увела у него из-под носа дорогую безделушку, то Корнеев сам виноват. Не крал бы Катьку, остался бы с брошкой. Во-вторых, он понятия не имеет о ее действительной стоимости. Это историческая редкость. Изделий Болина почти не сохранилось. По крайней мере в нашей стране.

— Кто такой этот Болин? — нетерпеливо фыркает мама, уперев руки в боки.