Дочки-матери

«Как тебе такое, Илон Маск?» Откуда всплыл в голове скандально знаменитый американский бизнесмен и богатей, Натка и сама не знала. Но директриса выглядела сейчас совершенно поверженной. Теперь лицо ее напоминало морду собаки, нечаянно сделавшей кучу в коридоре.

– Оставляйте заявление, – сказала она придушенным голосом. – Я рассмотрю его в течение пяти дней.

– Мы бы хотели получить ответ в понедельник, – любезно сообщил Таганцев. – Это не противоречит закону, а у нас положенный к свадьбе отпуск заканчивается. И да, по возвращении в Москву мы сразу начнем процедуру усыновления. Конечно, если девочке у нас понравится и будет комфортно. Всю степень своей ответственности мы при этом осознаем. Профессионально надеюсь, – слово «профессионально» Костя выделил с особым нажимом, – что вы тоже. Да, Марина Васильевна? Я ведь могу именно так ответить своим местным коллегам?

– Да-да, разумеется, – ответила заведующая тихо.

Глаза у нее при этом метали громы и молнии, и Натка вдруг подумала, что недооценивать эту женщину нельзя, она может доставить им много неприятностей, если захочет. А в том, что она захочет, сомневаться не приходилось. Впрочем, сейчас задача заключалась в том, чтобы выиграть битву, разворачивающуюся прямо сейчас, а про исход всего сражения они с Костей подумают потом, разумеется, вместе.

Эта мысль, что отныне они все будут делать вместе, отчего-то казалась приятной, а еще была новой, как будто раньше Натка никогда об этом не думала. Как странно. Больше в детдоме им сегодня делать нечего, поэтому фальшиво любезно попрощавшись с Мариной Васильевной, они покинули заведение, не попросив даже разрешения повидать Настюшку, чтобы излишне не раздражать директрису. Успеется еще, если все пойдет гладко."

"Ночь в гостинице прошла незаметно. Натка думала, что не уснет от волнения, но напряжение последних дней, связанных со свадьбой, усталость от дороги и неприятный осадок от посещения дома ребенка сделали свое дело – уснула она, едва коснувшись головой подушки.

За окном шумела Волга, было уже не жарко, хотя, разумеется, теплее, чем в Москве, легкая прохлада струилась через приоткрытое окно, и сны снились мягкие и легкие, словно кучерявые облака, и было в них много детского смеха, звонкого и беззаботного.

Два выходных они с Таганцевым тоже провели легко и беззаботно. Костины коллеги, с которыми он успел подружиться за то время, что работал здесь, организовали им рыбалку на Голубом озере. Костя, который до рыбалки был сам не свой, зажегся самой идеей, а Натка, которую он горел желанием приобщить к своему хобби уже несколько лет, не стала отказываться, несмотря на то что первый свой опыт рыбалки до сих пор вспоминала с содроганием. Не ее это было занятие, совсем не ее, но тут спорить она не стала.