Дочки-матери

Приживется ли Настя в их доме, сможет ли привыкнуть к внезапно появившейся младшей сестре Сенька.

– Это жестоко! – горячо воскликнула Натка, когда Лена впервые озвучила эту идею. – Это же не котенок, а человек. Мы оформим гостевой режим, вырвем Настю из привычной среды, привезем в Москву, а потом вдруг решим, что она нам не подходит, и вернем обратно? Лена, ты сама себя слышишь?

– А ты себя? – осведомилась в ответ старшая сестра. – Наташ, в твоем возрасте пора перестать жить в краю розовых единорогов. К сожалению, случаев, когда люди усыновляют чужих детей, а потом приходят к мысли, что с ними не справляются, и возвращают обратно, не так уж и мало. Я буквально на днях, когда проводила заседание по делу, поднимала статистику: семь детей из ста возвращают обратно в детские дома. Только за прошлый год в стране зафиксировано больше пяти тысяч случаев так называемого вторичного сиротства.

И пойти на это после всех кругов ада, связанных с оформлением документов и судов, гораздо сложнее, чем попробовать гостевой режим и честно признаться себе, что это не твое. Ты к этому не готов. Говорить себе правду всегда больно, Наташ, но необходимо, потому что если себе врать, то это не жизнь будет, а мучение. И для вас, и для несчастного ребенка.

С доводами старшей сестры Натка в конце концов согласилась. Во-первых, потому что Лена была права, и затаившаяся в душе неуверенность в собственных силах кусала душу, как блоха, подтачивая решимость. Во-вторых, оформление гостевого режима требовало гораздо меньше времени. В тот же день, когда они с Таганцевым подали заявление в ЗАГС, где взяли справку, что их бракосочетание назначено на третью неделю сентября, Натка заказала в УВД справку об отсутствии судимости, а еще записалась на медосмотр, необходимый для получения справок об отсутствии у нее наркозависимости, психических и инфекционных заболеваний, а также туберкулеза. В течение недели все эти документы подготовят.

Она не могла нарадоваться, что заявление об оформлении гостевого режима можно было подать в органы опеки по своему месту жительства, а не по месту нахождения ребенка. Это означало, что не надо будет лишний раз ехать для бумажной волокиты в Энгельс, что экономило и время, и нервы.

Лена, правда, предупреждала, что проблемы с оформлением разрешения все равно могут возникнуть. Дело в том, что гостевой режим крайне неохотно распространялся на детей младше семи лет. Как правило, его использовали для детей, у которых практически отсутствовали шансы на усыновление или опеку. У Насти Васильевой ситуация была иной. Если верить директору детского дома, то желающие ее удочерить имелись, поскольку девочка была чудесная: хорошенькая, смышленая и, что немаловажно, здоровая.