Дочь врага

Как будто можно было подготовиться за час, если она за ночь не успела!

Еще долгое время Рази стояла перед зеркалом и смотрела на себя невидящим взглядом. Потом заставила себя успокоиться и с какой-то стоической злостью полезла в ванну. Дышала глубоко, стараясь подавить волнение. Мыла длинные золотистые волосы, оттирала тело.

Вспоминала свой первый вечер здесь. Как ее в четыре руки намывали и обихаживали прислужницы. Сожалела ли о том, что теперь все приходится делать самой? Нет. Так, во всяком случае, на нее никто не пялился, и она чувствовала себя относительно свободной.

Но, как ни торопилась, она все равно слишком нерационально потратила этот час. Рази едва успела вымыться и высушить волосы. Только вышла из ванной в надежде хоть несколько минут побыть одной. Пришел Захри.

Ровно через час, как и предупреждал.

Принес ее одежду. взглянул тяжело, а у нее под его взглядом сразу сердце заколотилось в горле и ладони взмокли. Медленно подошел и встал перед ней, видно было, как шевельнулись его ноздри, втягивая воздух, кадык дернулся.

— Готова? — низко пророкотал, протягивая ей сверток.

Мурашки по шее поползли. Что ей было ответить? Стояла молча, глаза на него не могла поднять.

— Рази, — он коснулся костяшками пальцев ее щеки и чуть насмешливо спросил. — Тебе помочь?

От этого насмешливого тона ее словно холодной окатило.

— Не вздумай даже! — схватила у него сверток и тут же ушла в ванную.

Стала быстро одеваться. Но делать это, зная, что он за дверью, и дверь не закрывается, было отдельное испытание. А времени уже ни на что не осталось! Волосы, чтобы не возиться, она собрала в гладкий узел. Рази закончила и только потом посмотрела на себя в зеркало.

Увиденное заставило ее застыть. Черное платье, облегающее грудь и тонкую талию и расширявшее книзу колоколом, делало ее зрительно высокой и стройной. Золотое ожерелье на шею и тяжелые браслеты, широкий золотой пояс обхватывал бедра. И все это ощутимо искрило магией. Длинные серьги спускались почти до основания шеи, от них получался слабый, отливающий цветными искрами ореол. Оптический эффект, наверное.

Вышло хорошо.

Туфли… Переступила с ноги на ногу. Удобно. Это были даже не лодочки, черные балетки из удивительно мягкой кожи. Вроде не должны были, но почему-то подошли образу.

Ну вот и все. Надо выходить. Его нетерпение ощущалось кожей.

Вот и что ей теперь было делать?

Чувство безысходности, как будто ее загнали в ловушку. И этот бесстыдный жар, от которого ее заливает мурашками каждый раз, стоит ей вспомнить, как он к ней прикасался.

«Ты хотела настоящего?» — спрашивал внутренний голос. — «А это что?»

Это… Девушка хмурилась, глядя на себя в зеркало. Она не знала.