Дочь врага

О том, что голодна, она вспомнила, только когда пирожки увидела, а до того ей было так тошно, какая уж тут еда. Однако, сидеть тут дальше не имело смысла, Рази пошевелилась и хотела встать. И вдруг услышала:

— Завтра.

Невольно замерла, обращаясь в слух.

— Мы проведем обряд, — негромко проговорил он.

Как кувалдой по голове. Рази резко встала и чуть ли не бегом направилась в ванную. Втопила на полную мощность панель над углублением в мраморной столешнице, служившей одновременно раковиной. Струей хлынула холодная вода, она подставила обе руки. Холодно, брызги, а дыхание сбивается. Что-то душит, и не понять, рыдание это или злость.

Даже на один вечер… На один несчастный вечер не хватило человечности его! Даже.

Голос раздался сзади:

— Рази. Что с тобой?

Нельзя дергаться, надо в руки себя брать. Подняла глаза на зеркало перед собой, Захри был прямо за спиной. Хмурый, раздражение во взгляде. Опять голый торс, когда он только успел одежду снять."

"Она снова уставилась на свои руки под холодной водой.

— Я ссспросил, что с тобой?

На мгновение сжались кулаки, потом она выдавила зеркалу подобие улыбки и сказала:

— Ничего. Со мной все в порядке.

— Рази! — Он придвинулся еще ближе, теперь его дыхание касалось ее затылка.

И вдруг скосился вниз и резко ударил ладонью по водоразборной панели.

— Почччему ты моешшшь руки в холодной воде?! — рыкнул, раздувая ноздри. — Проссстудиться хочешшшь?

Вода сразу же прекратилась. А они оба замерли, не в силах шелохнуться, словно в прострации. Только его шумное дыхание слышалось, только ее бешено колотящееся сердце.

Это дурацкое состояние надо было прервать. Рази развернулась и хотела отодвинуть его, чтобы пройти. Не тут-то было! Он мгновенно перехватил ее под локоть. Боли не причинял, но держал крепко. И снова они замерли, как в странном танце.

— Дайте пройти.

Вместо того, чтобы отпустить, он еще плотнее перехватил ее руку выше локтя, незаметно поглаживая и сминая кожу пальцами. Рази попыталась высвободиться. Легче было вырваться из капкана! Она стояла слишком близко, еще немного, и его литая грудь окажется прямо у ее лица. А вот этого не надо!

— Я не услышал твой ответ, — низко пророкотал он и стал подтягивать ее к себе.

Странное творилось с ним, странное.

Пока сидел с ней рядом, казалось, утопал в каком-то сладком киселе. Размягчение мозгов. И чувство, что из груди тянется энергетическая нить к ней. Необычно, ему впервые хотелось это распробовать. Но время. Времени у него как раз и не было.

И все же он дал ей время, подвел исподволь. Должна была понять и согласиться, потому что другого выхода нет.

Взбрыкнула и ощетинилась!

Ему показалось, что нить из груди рванули с кровью. Вернулось все! А долбанный сладкий кисель выплеснулся как помои.