Дочь врага. Мой сладкий грех

В зале уже собрались гости. Их немного. Среди них Нелли, бывшая супруга Литвина. Она одна, без Дениса, своего нового супруга. Ситуация щекотливая. Но Нелли и Лиза близки. Поэтому все улыбаются и делают вид, что все хорошо.

— Хорошо выглядишь, — улыбается Нелли, поправляя мне ворот рубашки. — Бутоньерки не хватает.

Уклоняюсь от ее рук.

— Еще я цветочков в кармане не носил, — ухмыляюсь. — Как Ден?

— Нормально. Психует, что я здесь без его сопровождения. Но ничего, переживет, — усмехается. — Я ненадолго.

Киваю, посматривая, как в зал входит Литвин с супругой и сыном на руках.

— Эх, хорошая девочка эта Надя. Надеюсь, Литвин не испортит ей жизнь, — выдает Нелли.

— Не испортит. Характер у нее мягкий, она покорная, в отличие от тебя, и в рот ему заглядывает. Да и он за нее трясется, — ухмыляюсь я.

— Значит, он нашел свою женщину, я даже рада за него, — натягивает улыбку, кивая Литвину в знак приветствия.

— Церемония вот-вот начнется, — сообщает мне организатор. — Встаньте возле арки. Невеста скоро выйдет.

Иду к арке, наблюдая, как Литвин передает сына супруге и скрывается за дверями. Сейчас он приведет и отдаст мне дочь официально.

Я прямо чувствую его напряжение. Переживёт.

Все рассаживаются по местам, рядом со мной становится девушка, которая будет вести нашу церемонию. Голоса гостей замолкают, когда начинает играть музыка.

Вдох, выдох."

"И вроде бы понимаю, что она моя. Что Лиза сама организовала эту свадьбу, но мандраж почему-то усиливается.

Так у всех?

Белые двери распахиваются, появляется Лиза под руку с отцом.

Рассматриваю малышку. По традиции я не видел ее наряда. Лиза была бы не Лиза, если бы выбрала что-то банальное. На ней платье, да. Белое. Но…

Это что-то чудесное, легкое, воздушное. Открытые плечи, переходящие в воздушные рукава, верх расшит жемчугом, юбка скользит шелковыми воланами, многослойная, асимметричная. В волосах заколки в виде синих цветов и жемчуга. И это все делает ее невероятно нежной. Моей малышкой.

Литвин ведет ее сдержанно, давя на меня взглядом.

Я даже могу его понять. Это его любимая дочь. Я бы тоже всех за неё порвал.

Но на Литвина я смотрю только краем глаза. Мне плевать на него сейчас.

Я вижу только Лизу. Она счастлива, светится и тоже смотрит только на меня. Наши восхищения друг другом взаимны.

И вот она рядом. Литвин передает дочь мне и наклоняется к моему уху.

— Ну ты меня понял, — зло ухмыляется и отходит к жене.

Я понял. Я сам пущу себе пулю в лоб, если сделаю ее несчастной. Бояться надо не Лизе, а мне. Лет так через надцать девочка поймет, что живет с престарелым душнилой, и тогда начнется треш.

Трясу головой, отгоняя непрошеные сомнения. Моя она. Не отпущу. Хотела взрослого мужика, пусть наслаждается всеми прелестями.

Беру ее ладони, сжимаю, смотря в глаза.