Дочь врага для Темного (СИ)

— Всех чужих, дело не в тебе, Раш, — выдал, схватив бутылку коньяка. — Но ты особо не пялься. И прости, кстати, что не смог забрать племяшку, проблемы с паспортным контролем были, сутки в транзите торчал, — сокрушался, активно жестикулируя.

Я среагировал быстро, имея запасной аэродром.

— В итоге все закончилось хорошо благодаря людям Борзого, давай к делу.

— Что удалось узнать пока что. Наняли Мора, а у него нет проблем с прицелом, Темный, так что я бы не надеялся, что он промахнется. Имя заказчика неизвестно, я пробивал по разным каналам. Наши тоже не в восторге, что ты не занял позиции. Смутные времена никому не нужны, однако они уже начались. Каждый стал перетягивать одеяло на себя, я занял выжидательную позицию и наблюдаю за цирком.

Другого эта ситуация бы напугала, но не меня.

С таким человеком как Мор не связываются хотя бы просто потому, что его боятся до трясучки даже те, кто нанимает. Услуги стоят дорого, выполняет быстро, следов, конечно же, не оставляет.

Задумчиво глянув на одну из дорогущих картин на стене, зацепил ссадину на щеке большим пальцем. Глубокая, зараза.

— То есть гипотетически мне крышка?

— Я бы сказал практически, у Мора невозможно «откатить заказ назад», — Бродяга откинулся на широкую спинку кожаного кресла и сложил руки домиком на груди.

Можно, все можно, если только знать подход. Будем надеяться, что этот подход окажется единственно верным.

— Останусь у тебя сегодня. Машина в утиле и уже меченная, мне бы колеса, — выложил сразу.

Достав телефон, найденный на приборке в машине Лёши, заметил, что трубка сдохла.

Бродяга моментально среагировал, наклоняясь ближе ко мне.

— Никакой связи, нам нужно замести и те следы, что ты уже оставил. Отход организую, но сначала надо понять, как это сделать по уму. Думаю, за мной могут следить.

Ну что за маразм в рассвете лет. Какие следы? Никто не понял, что я приехал, не малец же какой. Объездными дорогами и путями двигался, в слепых зонах камер, не первый же раз у Бродяги. Знал, как сделать так, чтобы никто не заметил.

— Смеешься? — удрученно выдал. — Мне надо связаться с Борзовым и его людьми. Никто не знает, что мы общаемся.

— Завтра свяжешься, мои люди привезут безопасные трубки. Так будет лучше, — безапелляционно выдал. — Сейчас время такое, лучше подозревать всех.

Все затянулось еще на несколько дней. Бродяга слишком серьезно подошел к вопросу, я бы сказал щепетильно, ведь за домом не было наблюдения. С другой стороны, он страховал и себя тоже. Во многом из-за девушки. Самое гадкое и неприятное — я начинал его понимать. Хоть меньше всего хотелось испытывать осознание. Такого рода восприятия явно не для моей натуры. Не для человека, которому плевать на других.

В итоге я отправил одно сообщение Борзову и терпеливо прикидывал варианты.