Дочь врага для Темного (СИ)

Настойчиво заставляла садиться и получать свою порцию «медицинского обслуживания».

— Знаешь, если бы пару лет назад вместо той медсестры, которая выхаживала меня от очередного сквозного, была ты, то уверен, что я все-таки сохранил бы чувствительность в крайних двух пальцах левой руки, — похабно ухмыльнулся и толкнулся головой в мой живот. Громко выдохнул и сжал бедра мощными ладонями.

Я не знала, на сколько хватит его или меня. Потому что с каждым разом игнорировать свою нетипичную реакцию на мужчину становилось все труднее. Никогда прежде меня не интересовали такие… Медведи, что ли. Нет, он не был неотесанным мужланом. Но в поведении и поступках было слишком много животного, граничащего с диким. Он не слышал или не хотел меня слышать, просто брал ситуацию в свои руки.

Шел напролом. Как танк.

Глупо задавать такой вопрос, конечно. В принципе, понятно, что в бандитских разборках возможно все.

— Жизнь, девочка, — пристально посмотрел на меня и надавил на нижнюю губу, оттянув на себя. Всколыхнувший огонь пока что тлел на дне, но раздувался все сильнее, как только мы оставались в опасной близости.

Рашидов часто уходил на охоту. И будьте уверены, не было ни дня, чтобы он не принес в дом кролика или лисицу. Смотрелось все настолько гадко и отвратительно, что я уходила во двор дышать свежим воздухом, пока он разделывал тушу.

— Ты слишком мягкая, Надя. Тебе не выжить в этом мире самой, — прозвучало, как гром среди ясного неба. Опять.

— Ну до этого же как-то выживала, — подавляя очередной приступ тошноты, слабо ответила. Вцепилась рукой в пошарпанный стол так, что мелкие заносы вонзились в подушечки. Пискнула и отвела руку, болезненно сморщившись.

— Я же сказал, что слишком мягкая, — плавной походкой подошел ко мне, небрежно зацепил рукой поврежденную кисть и начал рассматривать тонкие кусочки дерева, впившиеся в кожу указательного и среднего пальца.

Дальше я перестала дышать, потому что мужчина приблизил раскрытую ладошку к лицу, облизал мои пальцы и вытащил каждую занозу зубами, неотрывно смотря мне в глаза. Влажный горячий язык скользил по оледеневшей коже, затем ровный ряд зубов сомкнулся вокруг преграды. Дух перехватило. Вроде бы ничего особенного, но какой интимный момент. Смотрелось сексуальнее оголенного тела, разденься он прямо сейчас.

Тело моментально бросило в жар, а губы пересохли. Влажная дорожка пота медленно скатилась от виска к шее. За ней проследил всевидящий орлиный взор Темного. Ухмыльнулся. Да, он специально это делал. Нарочно доводил меня.

— В слюне есть антибиотик, — я ведь не спрашивала, зачем он это сделал. Не спрашивала, да? Опять пробрался в мысли!

— Когда мы отсюда уйдем? — перевела тему, потому что вязкий воздух заискрил на мгновение, а затем потух. Как и взгляд Темного.