Дочь регента

Каролина взвизгнула от удовольствия:

— Моя дорогая! Моя милая крошка!

Они обнялись и осыпали друг друга поцелуями, а толпа в это время одобрительно гомонила. Боже, благослови их обеих! Как можно их разлучать? Какая гнусность — отбирать у матери дитя!

Каролина возбужденно, лукаво смеялась."

"— Моя дорогая, как мне пережить эту разлуку!

— Позор! — откликнулась толпа, словно хор в древнегреческой пьесе. — Позор разлучать мать с дочерью!

— Вот именно, позор, добрые люди! — вскричала Каролина, и от волнения на ее глаза навернулись слезы, так что красота, наведенная при помощи румян и белил, оказалась под угрозой.

— Я приеду к вам, как только смогу, — пообещала Шарлотта.

— Конечно, мой ангел приедет! Я буду жить ожиданием этого дня.

Толпа стала больше.

— Господи, благослови их обеих! — кричали люди. — Люби свою мать, Шарлотта!

Шарлотта, всегда жаждавшая заслужить одобрение народа, самозабвенно играла свою роль — в этом она была достойной ученицей принца Уэльского.

— Я буду, буду любить ее! — восклицала она. — Мне ничто не помешает.

Затем она снова обнялась с матерью под аккомпанемент радостных возгласов собравшихся людей. Каролина вцепилась в руку дочери и не сразу отпустила ее.

— Au revoir[5], мама! — сказала Шарлотта. — Наша разлука будет недолгой.

— Мы скоро снова будем вместе! — заявила Каролина. Ее карета рванулась вперед, и экипаж Шарлотты быстро отстал. Они ехали под ликующий гомон толпы.

***

Мерсер явилась в Ворвик-хаус и была встречена Шарлоттой с обычным энтузиазмом. А вот Корнелия радовалась гораздо меньше. Что скажет регент, если узнает, что мисс Элфинстоун, к чьей дружбе с Шарлоттой он относится столь неодобрительно, имеет беспрепятственный доступ в дом принцессы? Регент ничего не сказал ни Корнелии, ни герцогине Лидс по поводу сцены, разыгравшейся в парке, хотя наверняка недоумевал, как они это допустили. Регент и так, судя по всему, был недоволен Корнелией и герцогиней, а мисс Элфинстоун, являясь к принцессе и тем самым поступая против воли регента, могла еще больше усугубить его недовольство наставницами Шарлотты. Если визиты Мерсер станут известны регенту, Мерсер не пострадает; ярость регента обрушится на головы незадачливых наставниц.

Шарлотта знала о том, что Корнелия и Мерсер испытывают взаимную неприязнь, и глубоко это переживала. Принцесса, разумеется, боготворила Мерсер, но в то же время очень привязалась к Корнелии. Как бы ей хотелось, чтобы они стали друзьями! Она не понимала, почему они не подружатся, ведь в их характерах столько общего. Принцесса полагала, что благодаря этому сходству они могли бы особенно ценить друг друга.

Однако сейчас Шарлотта была так рада встрече с Мерсер, что не думала о реакции Корнелии.