Дочь прокурора

– Это ч-что?

Девочка вся сжалась, отшатнулась от отца, как от чужого человека, а Амир взял её за запястья и поднял вверх.

Бедная нежная кожа была изранена грубым железом, под которым запеклись потёки крови. Вдоль позвоночника мужчины разряд прошёл. Ослепляющий, мощный, как если бы его молнией ударило.

- Он… он надел мне их и пытался… пытался, - она вжала голову в плечи, не в силах озвучить то, что пришлось пережить.

По щекам катились слезы, а губы были искусаны в кровь.

Прилагая титанические усилия, чтобы не сорваться и не испугать Лию, Амир подхватил её на руки и игнорируя Петра, понёс в машину. Осторожно усадил на заднее сиденье, параллельно с этим спешно осматривая кожу на бедрах и замечая красные следы, которые к завтрашнему дню превратятся в синяки.

- Он успел что-то сделать? – спросил, выискивая в бардачке что-то похожее на скрепку.

- Только то, что раньше, - очередной всхлип хлестнул мужчину по нервам, - прости меня. Я не хотела этого.

- Ещё что?

- Больше ничего. Он хотел… хотел другого. Я просила не делать, а он словно с ума сошёл. Сказал, что мы поженимся. А я не пойду за него замуж. Никогда бы не пошла. Папа, почему он думал, что мы поженимся?

Пока Амир искал необходимый кусок металла, Пётр топтался рядом, сжимая холодные ладони дочери. Его самого разрывало от ярости, но вид закованного ребёнка, которого он любил больше жизни, сработал как триггер и мужчина едва держался.

- Это я дурак. Я, Лия. Но этого не будет. Обещаю тебе, Никита заплатит за всё!

- Ещё как заплатит, - гробовым голосом выдавил сквозь зубы Амир, подходя к Лие и отстегивая наручники всего за каких-то несколько секунд.

Отшвырнул браслеты на землю, а заплаканное лицо обхватил ладонями. Красное пятно на бледной щеке вызвало ещё одну волну ярости.

- Он ударил тебя? – выдохнул неистово, кончиками пальцев трогая место удара.

Блестящие от слез глаза ответили вместо Лии.

- Посиди здесь пока, хорошо? Из машины не выходи! Дождись, пока я вернусь! Поняла? – отчеканил на автомате, уже чувствуя, что наружу рвется зверь, готовый разодрать за причиненную его девочке боль.

- Ты куда? – прошептала Лия, отчаянно замотав головой, - я не хочу одна!

- С тобой останется Пётр.

- Нет, я иду с тобой! – ответил решительно Игнатов, - Дочь, мы быстро! Ляг и полежи! Договорились?

Лие ничего не оставалось, как кивнуть. Амир стёр с влажных щек слезы и поцеловал её мокрые глаза. Снял с себя пиджак и набросил ей его на голые ноги.

- Всё будет хорошо! Главное, не выходи! И музыку не выключай!

Он включил громко радио в салоне, закрыл дверь и только потом тяжелым шагом направился к дому."

"Не зря говорят, что за ошибки придётся заплатить рано или поздно. Но если это не ошибка, а намеренное желание причинить другому боль, возмездие не заставит себя ждать долго.