Дочь прокурора

Брезгливость и злость вызвали в горле горечь, которую захотелось выплюнуть ему прямо в холёное лицо. Но я понимала из-за чего он так себя ведёт. И причина тому я. А точнее то, что я не объяснила ему своей реакции. Нужно просто рассказать и он отстанет.

- Никита, я хотела с тобой об этом поговорить, - крепко сжав кулаки, я заставила себя вернуться на прежнее место. Было бы глупо кричать об этом на расстоянии метра и позволить другим стать свидетелями моего позора, - о том, что тогда произошло.

- Ну-ну? Опять будешь говорить, что ненавидишь меня? – хмыкнул он.

- Нет. Не буду. Потому что ты думаешь, что мне понравилось. А это не так. Я раньше не понимала и не могла тебе объяснить от чего это, вот и молчала. Но дело не в том, что мне понравилось, - слова едва покидали моё горло, потому что объяснять настолько личную информацию сложно. Это ведь так интимно, это должно быть только между двумя людьми, и не включать кого-то третьего… - Дело в том, что я чрезмерно чувствительна. Там… у меня там… немного всё иначе, чем у других. И даже простое прикосновение может вызвать реакцию, - смущение вызвало прилив крови к щекам, но я продолжила объяснять, потому что хотела донести до него всё за один раз и сделать так, чтобы Никита наконец понял в чем дело, - Но это не значит, что я хочу этого. Так бывает у некоторых, я читала. Понимаешь, я даже на велосипеде кататься не могу. С детства мне было это неприятно, но я не понимала почему. И на лошадях тоже. Помнишь, как-то родители отвезли нас на ферму покататься? Я села на лошадь и поняла, что не проеду и пары метров. Мне было дискомфортно, седло давило так сильно, что хотелось плакать от странных ощущений. Но тогда мне было десять и я не понимала этого. Родители подумали, что я испугалась и больше не возили меня туда. А всё дело в том, что от давления на определенные точки я могу получить оргазм, но это даже не оргазм в прямом смысле слова. Потому что никакого удовольствия мне это не приносит. Только судороги от прикосновения к нервным окончаниям. Это не в мозгу. Это просто физиология.

Осмелившись повернуть голову, я заметила как Никита смотрел прямо на меня. Тяжело, исподлобья, будто пытаясь понять верить мне или нет. У меня в горле пересохло от стыда и положения, в котором я оказалась. Оправдываться за собственное тело ужасно. Я снова вдруг почувствовала себя ущербной из-за его взгляда, в котором плескалось неверие вместе с отторжением что ли. Не знаю. Я не стала вглядываться. Отвернулась и уткнулась глазами в потоки воды в фонтане. Мне плевать что он обо мне думает, лишь бы отстал.

- То есть ты хочешь сказать, что кончила тогда не потому что хотела меня? – переспросил Звягин, залпом допивая шампанское в своем бокале.

- Нет. Не хотела. Я говорила тебе, но ты вбил себе в голову, что я вру.