Дочь предателя. Баллада Пепла и Льда

От угрызений совести не осталось и следа.

– Верн! – громче всех орала Медея. – Ты задал жару!

Ну и парочка! Не хотелось бы мне оказаться с ними в одной команде где-нибудь в отдаленном гарнизоне посреди степей.

Вернон, однако, смотрел не на подружку. Он отыскал взглядом меня, уставился своими жучино-черными глазками. Я была его темным желанием, его трофеем, который он так и не заполучил. Медь подавилась очередным восторженным воплем.

И князь Лэггер смотрел на меня. Он-то почему?

…Папа в детстве научил меня хитрой игре, за которой мы коротали время долгими зимними вечерами. По расчерченной на черные и белые квадраты доске передвигались фигуры, каждая по своей траектории. Их цель – принцесса. Она почти ничего не может сделать для своей защиты, ходит на одну клетку вперед или в стороны.

Почему я сейчас ощущала себя той самой слабой принцессой, за которой ведется охота? Колояр с его раскосыми дикими глазами казался тигром, а князь Лэггер напоминал полководца – это самые сильные фигуры в партии.

И тут по диагонали шагнул Эйсхард, закрыл меня своей широкой спиной. И я подумала, что он башня. Точно башня, которую ни за что нельзя взять при осаде, только разрушить.

Меня не оставляло чувство, что кто-то сильный и облеченный властью разыгрывает свою партию. Но кто противники в этой игре? И зачем им принцесса?

Глава 6

Следы крови с арены убрали, размели песок, но перед глазами до сих пор стоял Ронан, зажимающий рану. Как он храбрился, не показывая, что ему больно, лишь бы не напугать Веелу!

– Больной ублюдок, – выругался Атти в сторону Вернона.

Колояр вернулся на место с героическим видом. Он по-хозяйски обнял Медею, но она высвободилась и с силой оттолкнула его.

Я боялась, что, раззадоренные жестоким зрелищем, парни войдут в азарт. Захотят доказать, что и они круты и бесстрашны, и еще не одно лезвие сегодня войдет в грудь. Об этом же подумали и эфоры. Ярс пробился к Вернону и что-то жестко выговаривал ему, Эйсхард возник между мной и Атти.

– Галвин, Дейрон, не сметь наносить увечья противнику! – сурово, вполголоса, так, чтобы комиссия не услышала приказа, отчеканил он.

– Я бы и не стала!

– Командир, я пока еще с головой дружу! – оскорбился Атти.

Лед прищурившись взглянул на него, кивнул.

Действительно, в следующих поединках дело ограничилось легкими порезами на руках. Напряжение потихоньку отпускало, даже Веела прекратила плакать и, нахохлившись, как воробей, смотрела на битвы.

– На арену для поединка приглашаются кадет Миромир и кадет Дейрон!

Фух! Быстренько отстреляюсь и получу зачет. Пора бы вплотную заняться историей и бестиарием, турнир турниром, а экзамены никто не отменял.

Миромир, прежде чем идти, коснулся губами макушки Мейви. Она мне сейчас снова сильно напоминала Веелу – такая же перепуганная.