Дочь по контракту

Ты все еще хочешь присутствовать?

— А. Эм. Секретики так секретики.

Я не осуждаю Лютольфа за то, что он покраснел и тактично удалился. Марку нужно время, чтобы привыкнуть, если адвокат действительно стремится к полноценной семье.

Я и одиночкой замечательно справлялась с бытовыми нюансами. Теперь же мы обрели крышу над головой и заботливого мужчину. Так себя презентует Марк.

Заканчиваю со Стефанией и, взяв ее на руки, шагаю по владениям Лютольфа. Из глубины доносятся краткие звуки шуруповёрта, останавливаюсь возле кухни, дожидаюсь, пока шум стихнет. Дабы не испугать дочь.

Я нахожу Марка рядом с комнатой, в которой еще ни разу не была.

Один из рабочих в темпе собирает колыбель и пеленальный столик. Марк сложил руки за спину и надзирает за мужчиной.

— Комната для гостей, — адвокат не оборачивается, но будто чувствует нас. — Тебе нравится?

— Очень.

Мой голос выдает восхищение, однако, прошлого не забыть и нашу откровенную ночь тоже. На пустом месте я начинаю ревновать Марка. Интересно, сколько до меня тут было «гостей?».

А вообще комната просторная, в нейтральных тонах кофе с молоком. Двуспальная кровать из темного дерева, по бокам тумбочки. У изголовья светильники в виде канделябров. Шкаф, зеркало на полстены, тяжелые коричневые портьеры.

Мне придется внимательно следить за Стефанией чтобы малышка не измазала шелковые обои красками или чем похуже…"

"Хочу поблагодарить Лютольфа за удобства, однако его отвлекает телефонный звонок.

Когда рабочий проделывает все манипуляции, Марк достает из внутреннего кармана пиджака бумажник, расплачивается, потом возвращается к нам.

— Мне нужно отлучиться в офис. Новый клиент с большим багажом проблем…

— И он тоже будет говорить, о, Марк Яковлевич! На меня наговаривают, я ни в чем не виноват! — исполняю драму.

— Только ленивый адвокат защищает невиновных, — усмехается Марк. — До вечера.

Я провожаю Лютольфа до двери и запираюсь. У меня сегодня тоже дел предостаточно. Я разбираю сумки и параллельно на попрыгульках развлекаю Стефанию. Из нее помощница хоть куда. Ну, ничего, подрастет, посуду мыть научится.

В суете я и не вспоминаю об Алексе, лишь спустя час слышатся непонятные кукареканья из кабинета. Проголодался, наверное.

Бросаю пододеяльник. Да, я меняю изысканное постельное белье Марка на свое в ромашку. Хозяйские простыни свежие, однако, на моих уж точно не спали никакие «гости»!

Закатываю рукава на водолазке, сдуваю с лица выпавшую прядь волос. Так замоталась что жарко.

Топая пятками по дорогущему паркету, иду к говоруну, но замираю в коридоре. В адвокатскую дверь звонят. Кто это может быть? Доставка? Почему же Лютольф меня не предупредил? Или консьерж-убийца? Тогда я не открою точно.