Дочь палача

Она уже почти добралась до борта, как вдруг услышала позади крик. Девушка оглянулась и увидела, как солдат, словно акробат, заплясал на бревне. Какой-то миг он еще цеплялся за воздух, а затем рухнул в воду. Деревья со скрипом перекатились на то место, куда он упал. Магдалене показалось, что голова мужчины ненадолго показалась среди бревен. Потом от солдата Ганса ничего не осталось.

Второй наемник стоял на краю обрыва и нерешительно смотрел на бушующие воды. Наконец он развернулся и исчез за деревьями.

Магдалена прыгнула в последний раз, крепко ухватилась за борт и влезла в лодку. Та оказалась сырой, и на днище плескалась вода, но течей, слава богу, не было. Магдалена свалилась без сил и начала тихо плакать.

Немного согревшись под лучами восходящего солнца, дочь палача поднялась, взялась за весла и принялась грести по течению вдоль берега, в сторону Кинзау.

Проход позади обрушился, и Симон упал на Клару, чтобы защитить ее своим телом. Затем он стал молиться. Все вокруг скрипело и грохотало. На спину рухнуло несколько глиняных комьев. Потом тряхнуло в последний раз и наступила тишина.

Свеча удивительным образом не погасла. Симон все еще судорожно сжимал ее в кулаке. Он осторожно поднялся на колени и посветил в проход. Облако пыли и дыма медленно рассеивалось, и в пламени свечи на пару шагов стал виден коридор.

За спиной на полу скорчилась София, покрытая, словно бурой мукой, пылью. Ее засыпало землей и мелкими комками глины. Но под слоем пыли что-то слабо шевельнулось — девочка, похоже, осталась жива. За ней не было ничего, кроме тьмы и груды булыжников. Симон мрачно кивнул. Путь назад отрезан окончательно. Но сюда, по крайней мере, больше не просачивался дым.

— София? Господи помилуй, ты не пострадала? — прошептал он в ее сторону.

Рыжая покачала головой и поднялась. Лицо ее побледнело, но в целом она была в порядке.

— Проход… он… обвалился, — промямлила она.

Лекарь опасливо посмотрел вверх. Потолок над ними казался надежным. Никаких крепей не было — только гладкая плотная глина. Округлая, слегка вытянутая вверх форма придавала стенкам дополнительную прочность. Симон уже видел такое в книжке по горному делу. Люди, построившие этот проход, были мастерами своего дела. Сколько времени прошло с тех пор, как прорыли этот лабиринт? Годы? Десятки лет? А нынешний обвал вызвала, скорее всего, влажность. Откуда-то, должно быть, просачивалась вода, и глина размягчилась. Но в целом туннель находился в превосходном состоянии.

Симона не переставало удивлять это сооружение. Для чего люди прилагали столько усилий и рыли такие лабиринты, от которых почти не было толку? В качестве подземного укрытия он никуда не годился — огонь только что это убедительно доказал.