Дочь от бывшего мужа

Неужели он правда думает, что после всего я буду ходить перед ним на задних лапках и по первому требованию менять свою спальню на его?

Один раз, когда я сорвалась, поддавшись воспоминаниям, совершенно ничего не значит. Это больше не повторится.

— Обернись, Даш, — его тон смягчается.

— Вот когда соберусь пойти к себе, тогда и обернусь.

На удивление, Антон дожидается этого момента. Я замираю, едва не выронив тарелку из рук, когда мои глаза натыкаются на очень нежный букет пионов разных оттенков. От белых к насыщенно-розовым.

— Нравится?

Неужели в его голосе слышатся нотки неуверенности?

— Нет, — не собираюсь я вестись на его обаяние.

— Дашуль, ну я же не слепой. По глазам вижу, что букет понравился, но ты сейчас такая обиженная бука, что ни за что не признаешься. Примешь?"

"— Нет, — я пячусь, когда Антон принимается сокращать расстояние между нами.

— А если я попрошу прощения?

— На коленях? — нарочно провоцирую его терпение, выводя Антона на новый срыв.

Но он держится. Подходит ко мне, успокаивая своей теплой улыбкой, осторожно забирает из моих слегка дрожащих рук тарелку с поздним ужином, заменив ее букетом. Я как-то скорее машинально утыкаюсь в них носом.

— Извини, Даш. Я палку перегнул, признаю. Ты была права, букет подарили тебе, и я не должен был прикасаться к нему. Клубнику, кстати, я тоже заменил. В холодильнике новая.

Первое, что у меня чешутся руки сделать — отхлестать Антона по лицу этими цветами, пожалев, что он подарил мне не розы. Но букет ни в чем не виноват, и он правда невероятно красивый. Хочу просыпаться по утрам и каждый день, пока пионы не завянут, рассматривать каждый бутон.

— С чего такая щедрость? — намеренно паясничаю.

— Даш… — осуждающе, но со смешком Антон качает головой. — Поправить хотел твои впечатления от этого поганого вечера.

— Который ты сам же таким и сделал.

— Значит, на колени?

— Цветов достаточно. Ты не мог бы дать мне десять минут, если честно, я ужасно голодная.

Прикусываю язык, чтобы не начать расспрашивать Антона про ту провокационную статью.

Он ведь не обязан отчитываться передо мной, да? Да и какая мне вообще разница, что происходит в его жизни и кто там от него беременный?

Только почему-то я все равно не могу избавиться от этого странного чувства в груди, когда на нее словно положили несколько тяжелых «блинов» от штанги, и теперь тебе надо как-то учиться дышать под такой тяжестью.

— Даш, нам надо поговорить, — начинает Антон издалека, но, увидев как я дергаюсь, переходит сразу к сути. — Видела уже, да?

— Ты можешь ничего мне не объяснять. Личная жизнь на то и личная, — дергано развожу руками.

— Да какая она теперь личная, когда каждый первый считает, что я бросил беременную невесту? На самом деле я вообще не уверен, что Вероника в положении.