Дочь опальной герцогини (СИ)

Тёмная фигура втянулась назад в пустое помещение давно заброшенного склада на краю Друидора."

"– Что леди Йорк загадала? – спросили Лиама дрожащим от нетерпения голосом.

– Ничего.

– К-как ничего? – опешил юноша, резким движением откидывая капюшон. – Я жизнью рисковал, чтобы достать магический порошок…

– А вот так, хозяйка земель – неординарная личность. Позвольте, я подсвечу, а то больно мрачно здесь.

– Давайте, – кивнул собеседник, продолжая стоять близко к провалу окна, за которым бушевала метель, белыми хлопьями залетавшая в комнату.

Скастовав два мелких огненных шара, Кенсингтон подбросил их в воздух и посмотрел на незнакомца.

Молодому человеку было от силы лет двадцать, реденькая, клочковатая светлая бородка совсем не украшала симпатичное лицо. Взлохмаченные кудри волос касались угловатых плеч. Юноша был высок и худощав. Щёки впалые, глаза грустные.

– Леди Йорк хотела бы с вами встретиться и поговорить. Ей очень интересно, откуда у вас такой редкий ингредиент для ловушки?

Парень молчал, крепко задумавшись и цепко следя за фигурой Лиама.

– Завтра днём я приду в замок. Меня Даррен зовут, – вдруг сказал он. – И я не враг вам, мне просто нужна была одна живая фея для одного маленького, но очень важного желания, иэх! – искренне, без капли притворства, махнул он рукой. – Ну вот как так? Отказалась от желания? Я непременно должен узнать, почему?! – скорее для себя, чем для Кенсингтона, возмущённо проворчал он и, более не задерживаясь ни секунды, рванул прочь. Хлопнули полы плаща, словно крылья большой птицы и ловец бесследно исчез в ночи.

– Как интересно жить в Друидоре, – покачал головой Лиам и развеял светляки. Уже поздно, пора домой. Найти мальца было непросто, тот почти не пользовался магией. А когда Кенсингтон отыскал таверну, где Даррен снимал маленькую комнатушку, то парень, не так всё поняв, рванул прочь. Началась погоня, а непогода лишь усложнила преследование.

Но маг точно знал, что этот Даррен непременно заявится в замок Одри. Как пить дать, придёт.

Глава 41

За всё надо платить. Простая истина, но каждый раз я постигаю её через боль и сожаление! И почему всегда расплачиваюсь вдвойне, а то и втройне? Что за несправедливость? Напасть какая-то!

Глухо простонав ругательство, с трудом перевернулась набок. Разлепила веки. В комнате было темно, лишь со стороны камина едва слышно трещали уже прогоревшие дрова. В бойницы заглядывал стылый ветер, но снега видно не было, значит, метель утихомирилась и мир готовился встречать новый день.

Полёт Лоереи высосал мой источник ровно наполовину, а это много! Очень. Мой организм как-то резко захирел. Дева всё ещё тянула энергию, пусть не в таком объёме, но я чувствовала, а вторым зрением и видела, тоненькую ниточку, уходящую в стену.