Дочь опальной герцогини (СИ)

Глава 40

Ночь захватила воображение, а резкий порыв ветра выбил дыхание, заставляя поспешно вобрать побольше воздуха в грудь, где снова мерно билось сердце. Оно будет стучать, пока жива её новая Хозяйка… Одри Йорк.

Но мысли о странной девушке, оставшейся там, в замке подле тёплого камина, отошли на задний план, когда Лоерея, притормозив у самой земли, стрелой взмыла вверх, к тёмным небесам. Предложи ей кто обменять способность летать на ещё одну бренную жизнь, она бы наотрез отказалась. Это просто ни с чем не сравнимые ощущения! И никакие любовь, страсть, нежность к кому-то не заменят пьянящего чувства свободы, которое ей давала невесомость.

Источник малышки Одри был на удивление большим, и Лора не побоялась зачерпнуть у Хозяйки много, очень много, потому магия, наполнившая её тело, кружила голову, заставляла чувствовать себя всесильной. Этого должно хватить и для полёта туда-обратно и для того, чтобы она смогла нести тяжёлый груз.

Забрать пустую деревянную коробку не составило труда. И дальше её путь лежал в Болтонскую святость. Лора была там несколько раз и прекрасно помнила расположение всех комнат и хозпостроек и даже знала, где обитают недомаги. Никогда ни один её повелитель не интересовался этими неполноценными колдунами. Но девочка Одри была странной.

Зачем она спросила, чего хочет сама Лоерея? Этот её вопрос сбил с толку, заставил задуматься о несбыточном…

Новая госпожа оказалась весьма любопытной, доведёт ли до добра этот её неуёмный интерес? По опыту дева могла сказать, что такие обычно плохо кончают.

Вскорости вдали показались тёмные стены святости. Лоерея поставила ящик на крышу левого крыла, в той части здания, где жили неистинные. Она не боялась, что короб обнаружат – святоши носа не кажут наружу в любую непогоду, предпочитая греть кости подле жарко натопленного камина. Даже служки делают вид, что служат, а охрана охраняет.

А в этот час так и вовсе все давным-давно спят.

Плюс ко всему редко кто смотрит вверх.

Мягко опустившись на снежную крышу, прошла вперёд, к виднеющейся тёмной башенке.

Двери, ведущие с крыши внутрь здания, всегда запирались изнутри на мощный засов, но сейчас в Лоре было так много маны, что этот момент не стал препятствием.

Оказавшись внутри, тут же поморщилась от запаха сырости, ударившей в нос.

Бесшумной тенью пролетела винтовую лестницу. И дальше через длинные коридоры, на этаж ниже, затем ещё парочку, пока не оказалась в узком тёмном коридоре, со множеством дверей.

Одинокая масляная лампа горела в самом конце тоннеля, словно маяк надежды, для заплутавшей души.

Прислушавшись к тишине и убедившись, что поблизости никого нет, Лоерея принялась за работу. Подхватив тот самый светильник, начала с последних комнат.