Дочь опальной герцогини

– Почему вы, такой всесильный, вдруг наняли дополнительную охрану? – выстрелила я, запарившись от недомолвок и игры взглядов. – Мне нужны ответы, лорд Лиам.

Молодой человек молчал, в его серо-голубых глазах сложно было что-то понять, но какое-то глубинное напряжение точно было.

– Вы сами вызвались меня сопровождать, или вас назначили? Думается мне, первое. Почему? Потому что кому надобно отправлять могущественного чародея на полгода непонятно куда, когда ваши возможности, ой как нужны королевству!

Вдруг на чётко очерченных красивых губах собеседника расцвела белозубая улыбка, впрочем, тут же исчезнувшая.

– Вам кто-нибудь когда-нибудь говорил, леди Одри, что вы невероятная заноза? А ещё проницательная, с острым язычком.

– Мне говорили, что я страшненькая и тупенькая.

– Вы точно не дурочка, – покачал головой Кенсингтон, а я мысленно усмехнулась, первое он подвергать сомнению не стал. Что же, хотя бы честен.

– Это всё несущественно. Ни моя внешность, ни мои умственные способности сейчас не имеют никакого отношения к тому, что грядёт. Тем не менее ответы на заданные вопросы тоже ничем не помогут. А вот план… Он же у вас есть? – с надеждой покосилась на мужчину.

– Да. А ответы вы получите сразу же, как опасность минует.

Молчаливый кивок, на том наша странная беседа и завершилась. И вот мы снова куда-то едем. Ветер поутих, но низко висящие недружелюбные облака обещали разродиться очередным снегопадом.

Камни в жаровне уже поостыли и давали мало тепла. Я вернулась в своё гнездо из шуб Николетты. Накрывшись с головой, попыталась уснуть. От бесконечной тряски по ухабистой дороге в теле накопилось напряжение, ныла поясница и шея, но со всеми этими ощущениями я успела свыкнуться. На самом деле подобная боль когда-то была моим постоянным спутником – занятия профессиональным спортом в детстве имели самые неприятные последствия во взрослой жизни. Несколько грыж, вместе с ними протрузии и как вишенка на торте, спондилоартроз. И всё это в моём позвоночнике. У меня постоянно немела нога, иногда во время ходьбы молнией простреливало в правую ягодицу, оттого йога, занятия танцами стали моими самыми лучшими друзьями. А в новом мире в другом теле к гибкости и лёгкости движений привыкла быстро, и сейчас свалившиеся на меня тяготы путешествия неимоверно раздражали. Опять чувствовать себя развалюхой мне совсем не понравилось.

Покряхтев, будто старушка, нашла более-менее удобную позицию. Закрыла глаза. Уснула с превеликим трудом. Часы и дни тянулись тут неимоверно долго. Хорошо ли это я пока не поняла. Но однозначно утомительно.

– Тпру-у! – послышался сквозь невесомую дымку полусна скрипучий голос дедушки Сэма.

Карета качнулась, затем ещё раз и в итоге остановилась.

– Ледюшка, приехали! – крикнул возница.