Дочь моего врага. Цвет горечавки

Однако при всем этом митера любила поболтать — водился за ней такой грешок. Я должна быть максимально естественной, иначе она что-то заподозрит!

— Так о чём хотела поговорить, Маргери? — мягко напомнила она, выжидательно глядя на меня.

— О… о своих родителях, — с запинкой вымолвила я, стараясь говорить погромче, чтоб создать для Кириаки шумовой фон. — О них… и о жрице, которая пожалела меня и принесла в храм… Я хотела спросить, быть может, вы что-то знаете о моих маме и папе? Какие они были? Ведь у меня нет даже самого крошечного и смутного воспоминания. Мне… — тут я всхлипнула. — Мне тяжело видеть, как другие послушницы встречаются со своими семьями. Да, я понимаю, что говорю глупости, вряд ли вы знаете больше меня… Но, быть может, знаете жрицу, которая забрала меня после смерти родителей? Я могла бы поговорить с ней, расспросить, и… поблагодарить за высочайшую милость, что она мне оказала."

"Получилось немного сумбурно, но очень даже неплохо, а главное, искренне. Митера Хтония, похоже, прониклась. Она внимательно слушала меня, то и дело отхлёбывая вино. Которое, кстати, было очень пьяным! Я сделала всего глоточек и у меня тут же закружилась голова!

— Значит, родителями интересуешься, девочка? — после долгого молчания проговорила Хтония.

— Да, я знаю, что они были люди добрые и простые, но на этом все… А я хочу хранить в своей памяти не бесплотный образ, а память о живых людях, — печально сказала я.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Хтония посмотрела на меня как-то странно и плеснула себе ещё вина.

— А что, если я скажу, что твои родители, возможно, живы? — она залпом выпила вино.

— Что?

Мои почти неподдельные эмоции стали совсем неподдельными. Богиня, да митера Хтония меня точно обухом по голове ударила! Возможно, живы…

Возможно, живы?!

— То есть, жрица забрала меня у живых родителей? — пролепетала я, чувствуя внутри себя настоящую бурю.

— Да не было никакой жрицы! — с досадой перебила Хтония. — Эту сказку Верховные жрецы сочинили специально для тебя…

Эту сказку? То есть то, во что я всю жизнь верила, было сказкой? От нахлынувших эмоций я в обморок готова была упасть!

— Я расскажу тебе эту историю, как знаю ее я, — женщина понизила голос. — Но не приведи богиня проболтаться кому-то, Маргери! Ты же знаешь, я могу превратить твою жизнь в ад, если разболтаешь своим языком то, что тебе знать не следует!

Вся дрожа от волнения и нетерпения, я заверила митеру, что буду молчать даже под самыми страшными пытками.

— На самом деле тебя ещё малышкой принесла в храм какая-то очень богатая и знатная дама.