Дочь моего врага 2

Бен устало вздохнул. Смерть брата стала для него фатальным ударом. Он даже внешне постарел лет на пять. Тот, кто всегда был для него примером, вторым отцом, погиб на другом континенте. Даже тела нет, чтобы похоронить и попрощаться. Не покидало ощущение того, что брат просто уехал, и скоро должен вернуться. — Бен, ты слышал?! — Серж нарисовался в поле его зрения. Что нужно мелкому? Неужели не видно, что Бен хочет лишь одного — чтобы его оставили в покое.

— Что? — тяжело вздохнул новый альфа.

— Юля Капулова умерла!

Бен остолбенел. Сердце пропустило еще один удар. Нет, этого просто не может быть!

— Как? — прохрипел он и сам не заметил, как поднялся из кресла. Юля, эта наивная светлая девочка, за которую они с Романом боролись…мертва?

— Говорят, во сне, — прошептал Серж, растерянно хлопая глазами. — Тромб оторвался, говорят. Я не знаю, что это значит. Похороны завтра.

Несколько секунд Бен пребывал в странном состоянии. Он выпал из реальности, отключился, но сильный организм выполнял свою работу. Новый альфа Манкуловых перекинулся прямо в доме и бросился бежать. Ему нужно побыть одному. Это слишком тяжелое испытание даже для него.

* * *Постепенно моя жизнь наладилась и обрела свой ритм. Я взяла академический отпуск в университете, обжилась в новой квартире вместе с Марком и постепенно начала приходить в себя. Первые месяцы после смерти Романа я не жила вовсе, а просто существовала. Эмоции проявлялись только от мыслей о нашем ребенке, поэтому я старалась как можно больше думать о малыше.

Марк оказался весьма неприхотливым соседом. Он поселился в дальней комнате, выполнял всю работу по дому, стараясь всячески меня развеселить. Мы оба выбросили свои телефоны, удалили все профили в соцсетях и вообще решили исчезнуть со всех радаров. Марк как будто был рад вырваться из стаи, зажить своей жизнью. Он очень быстро нашел работу, пропадая на ней до самого вечера. Я почти не тратила свое приданное, беря оттуда купюры только на серьезные траты вроде покупки коляски и кроватки."

"На четвертом месяце беременности я впервые засмеялась. Помню, как распахнулись глаза Марка, словно он увидел что-то сверхъестественное. Мы с другом очень сблизились. Каждый вечер общались, обсуждая события прошедшего дня, смеялись, по вечерам смотрели фильмы. Начала странная, размеренная, очень спокойная жизнь. Друг очень интересовался моей беременностью, следил за результатами всех анализов и узи, которые я сдавала в женской консультации. Да, я встала на учет и обследовалась. У оборотней это не принято, даже роды по нашим традициям должны проходить на территории стаи. Но у нас с Марком теперь нет стаи. Ни Манкуловы, ни Капуловы нас не примут. Рожать придется в обычном роддоме, и я этому несказанно рада.