Дочь моего врага 2

— И когда это произойдет?! — душу обожгла волна раздражения. Я повысила голос, хотя не собиралась этого делать. — Через полгода? Год? Нет уж, я столько ждать не намерена! — попыталась преодолеть сопротивление Манкулова и ринулась к нему, но он усилил хватку, продолжая удерживать меня на расстоянии вытянутой руки.

— А я намерен! — стоял на своем альфа, но я видела, что ему сложно придерживаться выбранной позиции. Взгляд то и дело соскальзывал на мои губы, а на штанах появился заметный бугорок. — Юля, — рыкнул Манкулов, порывистым движением притянув меня к своей груди. Я едва не вскрикнула от этого жеста. Жар мужского тела опьянял, кровь в венах приятно закипала. — Будь моей, — шепнул он, ухватив мое лицо за подбородок, чтобы заставить посмотреть в карие, потемневшие глаза. — Не хочу больше тянуть. Выходи за меня, — у меня все похолодело от этих слов. Страх, неверие, смешанные с ощущением попадания в сказку. — В этот четверг.

— Через три дня? — испуганно распахнула глаза я. — Но мы не успеем так скоро… Я не знаю, готова ли… — сердце учащенно забилось в груди, кровь прилила к щекам, стало вдруг трудно дышать. Я по-настоящему испугалась, чувствуя, что мне предстоит сделать очень серьезный шаг. Бесспорно, я хочу этого, но все так резко, внезапно, почти без времени на обдумыванием и подготовку.

— Я готов, — твердо отчеканил Роман, отпуская мои плечи и осторожно обхватывая пальцы. Поднеся мои руки к губам, запечатлел на обеих осторожные поцелуи. — Я готов заботиться о тебе и любить до конца своих дней. Обещаю, что сделаю все для того, чтобы была счастлива и никогда не грустила. После всего, что случилось, отпустить тебя от себя равносильно тому, чтобы отрубить себе ногу. Юля, я не знаю, любовь это или что-то другое, но жить без тебя я больше не могу. И не хочу.

— Я правильно тебя понимаю? — за этой глупой попыткой уточнения пряталось мое желание оттянуть принятие самого главного решения в моей жизни. — Ты просишь быть тебе женой? По-настоящему? По закону? В соответствии с традициями оборотней, после исполнения которых пути назад не будет?

— Не будет, — подтвердил Роман, и глаза его странно блеснули в этот момент. — Ты станешь моей навсегда. Ты многого не знаешь о том, как проходили поиски, — он нервно облизнул губы, выдавая раздражение от упоминания прошедших событий.

— Так расскажи, — улыбнулась я. — Мне никто ничего не говорит. Только расспрашивают да указания раздают.

— Какие? — встрепенулся Манкулов, впившись в меня внимательным взглядом.

— Не упоминать тебя при отце, — закатила глаза я. — Не понимаю, ты спас меня, а он и слышать не желает твоего имени! Никогда не думала, что отец может быть таким…неблагодарным.

— Забавно, — нервно улыбнулся Роман. Похоже, мои слова неприятно задели его.