Дочь моего друга (СИ)

А то, что мы друзья, так для друзей всегда можно сделать скидку. Или применить бонус.

Покровский пересаживается в машину, подогнанную водителем, а я начинаю работать по списку. Номер первый у меня Исмаилов. Он сейчас в ночном клубе, а если мне повезет, туда приедут двое его дружков. Не повезет, я достану их из бара, где они зависают с вечера.

В клуб прохожу с черного входа, поправляю под пиджаком кобуру пистолета. Исмаилов в вип-кабинете, смотрит приват девушки с пилона. Придется прервать, не ждать же пока она дотанцует.

Рывком распахиваю дверь. Походу уже дотанцевали. Девушка стоит на коленях перед сопляком и облизывает его стояк.

— Давай, иди, в следующий раз дососешь, — машу пистолетом в сторону двери.

Девчонка испуганно отшатывается и с визгом убегает. Исмаилов поднимает глаза, и я понимаю, что он уже успел закинуться наркотой. Вот кого бы я утилизировал, и совесть моя и не пикнула бы.

— Выходим, Руслан, — подношу ствол к его носу, — только штаны надень. И не ори.

Жду пока он застегнет ширинку, выкручиваю руку, пистолет втыкаю в спину. Так и идем сквозь толпу извивающихся тел.

— Куда вы меня ведете? — на воздухе Исмаилов немного приходит в себя.

— Проедемся тут недалеко. Поговорим, — заталкиваю его в подъехавший микроавтобус без окон.

Там уже сидят двое в наручниках, мои помощники постарались. Значит в бар мы уже не едем. Следующий пункт Бортников. Парнишка дома, ему нужно позвонить и вызвать на разговор.

Выхожу из машины, микроавтобус останавливается рядом. Отодвигаю дверь, они все трое жмутся в противоположному углу. Волной подкатывается тошнота. Ссыкливая гопота, какие же они все ссыкливые...

— Звони, — протягиваю телефон Руслану, — скажи своему дружку, что есть важный разговор о Покровской. Что ты ждешь его внизу. Пусть выходит. Вякнешь еще что-то, пристрелю на месте.

Они готовы сваливать все друг на друга, сдать друг друга сразу же, и я только укрепляюсь в убеждении, что детей здесь давно нет. Есть вполне устоявшиеся личности, чья мораль существует только в воображении их родителей.

Паша Бортников идет четвертым в микроавтобус, и мне поступает сигнал от помощников, что пятый на месте. Отлично, тогда едем."

"Забираюсь в салон микроавтобуса, смотрю на испуганные лица. Пробую взять себя в руки, получается с трудом. Не могу не думать о том, что лучше я. Глеб тоже не может не согласиться, что при всех раскладах лучше, что это был я. Что бы мы с ним оба сейчас делали, если бы это были они?

Я бы на его месте наверное убивал. Но я никогда не буду на его месте. У меня нет дочери и не будет. Таким как я нельзя иметь детей, это первый и главный рычаг воздействия.

Смог бы я сейчас чувствовать себя на таком драйве, если бы знал, что мой ребенок может за это поплатиться?

Нет, никогда.