Дочь кукушки (СИ)

– Но это платье почти новое! – пробормотала я.

Она рассмеялась:

– Алэйна, ты приехала в столицу! То, что мы носим в Аранаке, здесь носили лет десять назад. Если ты выйдешь на улицу в этом наряде, тебя засмеют!

Я пожала плечами. А матушка продолжила:

– Завтра ты должна выглядеть великолепно! Мы поедем с тобой…

Я вздрогнула. А если она решила выдать меня замуж, не поставив в известность отца? Я слышала, что браки иногда заключались даже без согласия невесты.

Нет, она бы не решилась. Отец ей этого не простит. Или простит, как всегда прощал до этого?

Я посмотрела ей прямо в глаза.

– Я никуда не поеду, пока не поговорю с его светлостью или с Вивьен.

Я надеялась, что мой голос прозвучал достаточно уверенно.

Матушка бросила на меня удивленный взгляд и усмехнулась:

– Вот как? Не поедешь? Даже если речь идет о твоих настоящих родителях?

24. Отец?

Мне показалось, я ослышалась. И я переспросила:

– Родителях? Моих родителях?

Герцогиня невозмутимо кивнула:

– Да, именно так.

Если это была шутка, то очень жестокая. Я почувствовала слабость и прислонилась к стене.

– Значит, вы знаете, кто они?"

"С того самого памятного разговора Лисбет и Катрионы, услышанного мною на кухне, я была уверена, что никогда ничего не узнаю о своих родителях. Если моя мать подбросила меня к воротам замка ночью и ушла, не убедившись, что меня заметили, значит, она находилась в отчаянном положении, была бедна и больна. И наверняка мой отец вовсе не знал о моем существовании. Я убедила себя, что он был из тех, кто пользуются наивностью молоденьких девушек, а потом бросают их без зазрения совести.

– Вы знали, кто они, и столько лет молчали об этом? – я пыталась не расплакаться, но у меня не получилось.

Мне не на что было жаловаться – меня вырастили в богатом замке, я никогда не знала голода и холода. Со мной хорошо обращались. Меня любили, пусть и не все. Мне дали хорошее образование и воспитание.

Но в глубине души я всегда хотела знать, кто моя настоящая мать. Не для того, чтобы упрекнуть – уверена, у нее не было другого выхода. А для того, чтобы помочь, если она нуждалась в этой помощи.

– Не смотри на меня с таким упреком, – вздохнула ее светлость. – Я узнала об этом совсем недавно. И как только узнала, сразу же вызвала тебя в столицу.

– А его светлость? – воскликнула я. – Он тоже узнал о моем происхождении только сейчас? Или это и раньше не было для него тайной?

– Это долгий разговор, Алэйна! – герцогиня указала мне на стул. Я присела – не потому, что она велела, а потому, что боялась упасть. – Мой муж до сих пор остается в неведении. Я решила, что ты имеешь право узнать это первой.

По ее лицу трудно было что-то прочесть, но я всё-таки заметила на нём волнение.

– И кто же мои настоящие родители? – шепотом спросила я.