Дочь воина, или Кадеты не сдаются

Зато наблюдался стол, заваленный снедью, которая могла бы удовлетворить голод человек семи как минимум. В центре стола имелась дичь, паршиво прожаренная и потому с кровью, а может, это соус такой. Еще птица, тоже зажаренная, хотя была тут и вареная. Рыба, с полметра длиной, запеченная с какими-то овощами. Графин с прозрачной жидкостью и графин с красной жидкостью. И еще были фрукты… разные, большей частью незнакомые. Тарелок и столовых приборов, кроме двух ножей, не наблюдалось. Салфеток также. Помимо стола и постели в гостиной начали произрастать цветы, появились шкуры, заменяющие ковры, причем, судя по размеру шкурок, с их носителями я бы не хотела встречаться. Зато кое с кем предстояло увидеться в скором времени, а потому я начала готовиться к встрече.

Порывшись в шкафу, приступила к экипировке: спиртовые таблетки — в лиф левой груди, на всякий пожарный перцовый мини-баллончик — в лиф правой. Ножик, складной, красивый, в космопорту купленный, просто достала. Дай, думаю, подарок мужику сделаю, может, и подобреет.

А потом за дверью послышались разговоры на повышенных тонах, и я поторопилась снова прикрыть рюкзак, а ножик спрятала за поясом. Он неприятно холодил кожу, но не смертельно.

Когда дверь с силой распахнулась, я ожидала явление сволочного папика. Оказалось, главная бегемотиха пожаловала. Кстати, в одной-единственной рубашке и с мокрыми волосами — явно кто-то только что купался и подвоха не ждал.

— Дрянь! — начала она с порога.

Я сделала удивленное лицо.

Теперь я реально удивилась.

Мы еще помолчали, я удивленно, она взбешенно. В результате бегемотиха снизошла до следующего высказывания:

— Мой господин узнает, и ты будешь наказана!

— А за что? — вежливо интересуюсь у бегемотихи.

Бегемотиха покраснела, глазки сверкают, а сказать-то и нечего.

Я же выразительно посмотрела на столик у зеркала, округлила свои глаза и удивленно спросила:

— Ой, а где мой крем для депиляции?! Ой, кажется, меня обокрали!

Бегемотиха вылетела за дверь, хлопнув оной на прощание.

Мой издевательский хохот понесся ей вслед, потому как мне вдруг стало очень весело.

В ожидании средства контрацепции я немного походила по комнате, потом постояла на балконе. Когда уже собиралась снова походить по комнате, на пол что-то шлепнулось. Подхватила ампулу, услышала тихое:

— Вколи сейчас, ампулу отдай мне… иначе найдут.

Голос у Наски был приглушенный. Сделала, как велели, чуть поморщилась, потом вышла на балкон. Снизу, между каменными перилами протянулась рука, едва заметная в свете огней, зажженных в комнате, вложила в нее ампулку и, едва успела подняться, как дверь снова распахнулась.

Стремительно развернувшись, я так и застыла, испуганно взирая на посетителя.