Дочь воина, или Кадеты не сдаются

А не возьму, тогда что? Проводит домой? Почему-то такое ощущение, что может… но надо ли? О моих желаниях речи нет, я его уже так хочу, что меня даже зрители не смутят, а пение птиц в этом искусственном лесочке только добавляет желания остаться наедине с воином. Но… но… но… нужно бы еще кое-что выяснить, прежде чем нырять в этот омут страсти с головой.

— Ты забавная, — вдруг произнес воин, не опуская руки. — Если ты хочешь идти со мной, должна взять за руку. Если нет, тебя проводят в дом отца или покровителя.

А-а-а, угадала, действительно благородный. Восторг! И все бы хорошо, но остался только один вопрос:

— Слушай, воин, — я нервно облизнула пересохшие вмиг губы и с надеждой спросила: — А ты… ты бедный воин?

От удивления он руку опустил. Чуть нахмурился, потом спросил:

— Очень! — Я подошла к нему и теперь стояла так близко, а хотелось еще ближе. — Просто, понимаешь, мне… мне только очень бедный воин нужен.

И точно знаю, что у меня сейчас такая надежда в глазах, потому что, если ж он не бедный, мне придется отказаться, потому что мама если сказала, значит, так нужно и… только бы он был бедным!

— Нестандартный критерий, — задумчиво глядя на меня, произнес тар-эн.

— Но очень важный, — выдохнула я, не отрывая от него полного надежды взгляда.

Воин нахмурился сильнее, почти брови свел, потом задумался и нехотя ответил:

— Да… я очень бедный воин. Я бы даже сказал — первый бедный воин Иристана… — И как-то совсем шепотом добавил: — С конца.

Но я тогда этого шепота особо не расслышала, потому как радостно хватала его ладонь обеими руками, а схватив, с нескрываемым облегчением сказала:

Но он как-то странно на меня смотрел.

— Все можно, правда, — сказала радостная я, едва ли не подпрыгивая вместе с ликующими гормонами. — Куда идем?

Мне не ответили. На меня продолжали задумчиво смотреть, и, кажется, даже уже начали раздумывать на тему: «И зачем оно мне надо?».

А я смотрела на него, на шикарный разворот плеч, сильные руки, мужественную линию подбородка, четко очерченные губы и… и горела вся, как сухой куст на ветру…

— Что же ты делаешь, женщина… — простонал вдруг воин.

— Стою, — прошептала я, не отрывая от него восторженного взгляда.

Внезапно заметив движение слева, резко повернулась и увидела подошедшего к нам тар-эна — тоже высоченный, тоже светловолосый и даже глаза синие, с некоторым недоумением на меня взирающие. Окинув недовольным взглядом подошедшего, снова повернулась к моему синеглазому взрыву эмоций — и они в очередной раз взорвались.