Дочь Генерала. Книга 2

Плюс у Гриши в машине были тонированные стекла. Надо ли уточнять, что ни один полицейский не тормозил его за них? Она могла быть спокойна – их никто не увидит.

Горячее дыхание обжигало Дашу, все лишние мысли выветрились из головы.

Только Гриша.

Только их страсть.

Только он.

В полутьме салона Даше удалось выцепить пьяный от страсти взгляд стальных глаз. Её затопила новая волна желания. Как же приятно – нет, охрененно! – чувствовать, что тебя хотят! Везде и всегда. И пусть катятся в известное направление всякие там Лены! Гриша – её!

Даша не замечала, как сжимала пальцы в кулак, умудряясь царапать кожу Григория. Раздевались они не полностью. Скинули верхнюю одежду и низ. То, что мешало. В машине работал климат-контроль, холода не чувствовалось.

Лишь жар. Обжигающий. Сводящий с ума. Даше казалось, что если сию же секунду он не возьмет её, с ней что-то случится. Внутри неё что-то взорвется, и она вся распадется на атомы от разочарования. Нетерпение достигло наивысшей точки. Девушка подалась вперед.

– Гриша… ну же… Пожалуйста, – словно находясь в полубреду, яростно шептала она, забираясь под вздернутую кверху рубашку и дотрагиваясь до обнаженной бронзовой кожи, которую хотелось лизнуть языком. Снова и снова пробовать на вкус, впитывать в себя, запоминать.

Чтобы им было удобнее, Гриша опустил сиденье и с таким же нетерпением рыкнул:

– Иди ко мне.

От его властного тона внизу живота завибрировало знакомой дрожью.

Даша с готовностью перелезла и сразу же опустилась на него, впуская в себя. Сквозь плотно сжатые губы сорвался первый стон наслаждения. Она оказалась полностью готовой… влажной…

Легкий шлепок обжег ягодицы.

– Двигайся, Снегурка! Давай!"

"Она не успела и качнуться, как нетерпеливые пальцы впились в её бедра, чтобы полностью взять контроль над ситуацией. Вот так… Дааа… Она не возражала. Гриша плотно сжал губы, явно сдерживаясь из последних сил, чтобы не сорваться на куда более яростные действия. Его лицо исказилось от страсти, и она не могла отвести от него взгляда. Какой же он красивый! Мужественной жесткой красотой, что невольно проникала под кожу. Даша подметила за ним одну особенность – чем больше он сдерживается в обыденной жизни, тем яростнее становился в сексе. Если у него важные переговоры, он, приходя домой, набрасывался на неё едва ли не с порога. Поднимал на руки и нес в спальню, где очень часто они не добирались даже до кровати. У двери, на комоде, у стены. Лишь бы поскорее прикоснуться друг к другу. В первый раз после такого сумасшедшего секса, когда ещё адреналин не улегся в крови и дыхание не восстановилось у обоих, Гриша, слегка прищурившись, всматривался в лицо Даши.

– Ничего не скажешь? – хрипловато заметил он, прищуриваясь.