Дочь Генерала. Книга 1

– Ты не представляешь, сколько во мне сейчас злости, Снегурка, – снова заговорил он леденящим душу тоном, начиная двигать пальцами у неё во рту, явно имитируя оральные секс. – Поверь, я сдерживаюсь из последних сил, чтобы не трахнуть тебя, как последнюю шлюху! Да не пугайся… Тихо, тихо. Не буду.

– Вообще не будешь? – ей удалось спросить, когда он вынул пальцы, чтобы провести ими по её губам.

Надежда всколыхнулась в её душе. Даша уже готова была отдаться Грише. Только не так… не когда он такой…

…готовый убивать и причинять боль…

Какое наваждение. Другой мир с ужасающими волчьими законами.

Мужчина мрачно усмехнулся.

– Вообще – буду.

Он чуть подтянулся выше, и она почувствовала эрегированный член, упирающийся во внутреннюю сторону бедра.

Она трогала уже Гришу… И он её ласкал. Но то, что происходило здесь и сейчас, не вписывалось в её систему восприятия действительности.

Её изнасилуют.

Не будет ни ласк, ни добрых слов.

Жаркая, удушливая волна прокатилась по телу, сковывая мышцы, воспламеняя сердце, сжигая его дотла.

– Ты меня наказываешь… да? – тихо, едва слышно прошептала Даша, более не чувствуя слез. Она даже не посмотрела на мужчину, всё её внимание сконцентрировалось на его бедрах, что соприкасались с ее, и на члене, который она чувствовала рядом со своим девственным лоном.

Он не ответил.

Впился губами в её сосок, заставляя Дашу прикусить губу до крови.

Она помнила другие прикосновения… Аккуратные… Трепетные… Возбуждающие.

– За то, что я танцевала с Русланом, да? За то, что просто… аааааа…

Она задохнулась. Сначала боли не было. Григорий пальцами раздвинул створки лона и вошёл головкой. Замер. Замерла и Даша, чувствуя во рту привкус крови.

Внизу живота расползалось жжение. Всё-таки Дашу никто не подготовил, никто не возбудил.

Лишь наказывал…

Вот так. Осмысленно. Целенаправленно.

Из глаз повторно брызнули слезы. От обиды, смешанной с физической болью, от отчаяния и искреннего непонимания: за что?..

– Боже…

Даша выгнулась, заметалась, попыталась выползти из-под Григория, убрать тяжесть, что, казалось, раздирает её.

– Снегурка…

Давление и вспышка боли.

Даша закричала, но жесткие губы тотчас накрыли её, вбирая в себя её стон. Вмиг ставшие чужими мужские руки сжали её плечи, не давая возможности вырваться, выскользнуть. Плоть проникла дальше. Умом Даша понимала, что её не раздирают, что и должно быть больно.

А сердцем…

Нет.

Не могла.

Жестокость мужчины, которому она поверила, не знала границ. Она искала тепла, лучшей жизни. Любви. Тянулась к нему, а натолкнулась на тотальный контроль, диктатуру и насилие.

Девушка уже не замечала, что Гриша целовал её с рвущейся наружу нежностью. Что руки гладили, успокаивали, что движения бедер не были резки.

Даша задыхалась.