Дочь его врага (СИ)

Я хоть и не был отрезан от мира, но все равно многое наверстываю. И когда прощаемся, в моей душе поселяется яркая уверенность, что все идет как надо. Несмотря на все сложности, что всплывают.

Подъезжая к дому, предвкушаю встречу с Лерой. Мысли сами по себе перестраиваются. Мне не хочется нести к ней ту тьму, что разгорелась с новой силой. Она послушно прячется в дальние уголки, ждет своего часа.

Но стоит мне зайти в квартиру и увидеть девушку, внутри что-то натягивается до звона.

Она расстроена. Она плакала. И все мои демоны встают на дыбы, рыча - кто?! Кто посмел обидеть ее?!

- Лера?

- 32 Лера -

На принятие решения у меня лишь секунды. Либо я быстро смогу убедить Дамира в том, что это просто пустяки, либо все станет очень плохо. Мне необходимо увидеться с заказчиком, прежде чем рассказывать всю правду. Поэтому я лгу. Делаю то, что не хотела.

- Прости, - делаю шаг к Асадову, прижимаюсь к его груди, и он тут же обнимает меня. - Я смотрела фильм, и там такой грустный финал…

- Так ты из-за этого плакала? - слышу в его голосе облегчение вместе с удивлением.

- Да, там герои не остались вместе… - говорю, а у самой ком в горле. Потому что и мы вот точно так же можем не остаться!

- Ну, все, я знаю, что тебе поможет, Светлячок. Иди ко мне.

Он подхватывает меня на руки, а я доверчиво прижимаюсь к нему, кладу руки на шею, стараясь сдержать дурацкие слезы.

Мы оказываемся в спальне. Свет приглушен, приятный полумрак. От Дамира слегка пахнет алкоголем и той самой морозной свежестью, что ассоциируется у меня только с ним.

Он ничего не говорит, только смотрит, медленно раздевает меня.

- Ты все вопросы будешь решать так? - спрашиваю, чтобы хоть как-то отвлечься от тех мыслей, что не дают расслабиться.

- А ты имеешь что-то против? - ухмыляется Асадов. Теперь он медленно раздевается сам. И это завораживает. Каждый раз глядя на его тело, я не устаю восхищаться. И дело даже не в красоте мышц, а в том какая энергетика исходит от мужчины. Она сбивает с ног, подавляет и вызывает желание покориться.

Откидываюсь, раскрываюсь для него, полностью подчиняясь происходящему."

"Дамир не торопится. Проходит пальцами по моим бедрам, но минует место, где влажно, где все пульсирует от желания. Прикасается к груди, отчего я напрягаюсь, выдыхаю тихо, а соски болезненно сжимаются.

- Красивая моя, - шепчет он, накрывая мое тело своим. - Не плачь, моя хорошая…

я даже не замечаю, что у меня все еще катятся слезы. Дамир мягко стирает их пальцами, прикасается губами к щекам - сначала к одной, потом к другой. Он буквально топит меня в нежных прикосновениях, сам того не ведая, гасит мои переживания и сомнения.

Если бы он только знал…

Впервые наша близость для меня оказывается с привкусом горечи. Потому что я боюсь, что это в последний раз.